Том 1 · Глава 157. Проходчик IX
[Оператор Вселенской Игры] начал менять облик.
Милая синяя бабочка, которую любой захотел бы приласкать, расплылась в силуэт, забитый телевизионными помехами. Наверняка сейчас превратится во что-нибудь чудовищное. По всем законам жанра это был тот самый момент, когда Отчуждённый бог признаётся: «Да. Я Кира», — и официально выходит на сцену как финальный босс.
Но мне не было страшно ни капли. В конце концов, даже в «Тетради смерти» после этой реплики финальный злодей сменил профессию с бога на вокалоида. Чего тут бояться? Я спокойно достал пистолет.
Walther PPK. Богоубийца. Особое сокровище, которое я добыл на Намсане исключительно ради этого боя. Ощутив в ладони холод металла, я вспомнил разговор со Святой тридцать три дня назад.
Да.
Главный герой уходит во флешбэк прямо перед последним ударом. Разве это не одно из древнейших клише? Статистически значимая связь между воспоминаниями персонажа и его боевой мощью уже доказана десятками, если не сотнями тысяч произведений.
Итак.
Запускаем флешбэк.
Гробовщик.
Святая говорила почти шёпотом.
Я всё хотела спросить. Почему обязательно именно «стрим со спидраном»? Обычной трансляции недостаточно?
Ночь была тёмной. Это случилось в тот же день, когда О Токсо самоуверенно заявила: «Дядь, я тебя спасу!» — и тем самым обеспечила себе прекрасный материал для будущего стыда. Сама она сейчас спала без задних ног.
А нам со Святой сон почти не требовался. Святая могла просто нажать кнопку [Остановка времени], поспать сколько угодно и снова запустить мир. Я же давно достиг такого уровня, что мне хватало ненадолго прикрыть глаза. Когда наступивший конец света заставил человечество жить образцово — рано ложиться и рано вставать, — только мы двое продолжали наслаждаться порочной взрослой привычкой сидеть до глубокой ночи.
А. Потому что всё упирается именно во время.
Во время?
Да. Отчуждённый бог [Оператор Вселенской Игры] ждёт, пока как можно больше людей начнут поклоняться ему как богу.
Хр-р-р. С кровати О Токсо деятельно распространяла в окружающий мир шумовое загрязнение.
Каждый представляет бога по-своему. Милосердным. Грозным. Всемогущим… Чем разнообразнее становятся эти образы, тем больше обликов сможет принимать [Оператор Вселенской Игры].
Принимать…
Да. За историю человечества в искусстве появилось бесчисленное множество образов божества. [Оператору Вселенской Игры] достаточно выбрать любой, какой ему понадобится.
[Оператор Вселенской Игры] мог стать чем угодно.
Хоть Ктулху и превратить мир в хоррор. Хоть бесконечно добрым божеством и добиться от людей добровольного подчинения.
Определять жанр этого мира. Думаю, в этом и заключается его власть.
…
Если, не дай бог, жанр мира окончательно закрепится как беспросветная драма, нам конец. Поэтому прежде, чем [Оператор Вселенской Игры] сам выберет жанр, мы должны навязать ему свой.
И какой же?..
Комедию.
Я отпил кофе с молоком.
Возможно, вы заметили ещё тогда, когда мы пересекали море при помощи «Записок Хамеля о кораблекрушении»… Я всё это время нарочно подаю происходящее как комедию. Не позволяю истории стать слишком серьёзной. Чтобы она, чего доброго, не скатилась в мрак.
А.
Если нам удастся определить жанр этого цикла — как «комедию», [Оператор Вселенской Игры] уже не сможет явиться в облике по-настоящему страшного бога.
…Понятно. Поэтому вы всё время шутите.
Я кивнул. У произведения всегда есть собственная тональность. Допустим, [Оператор Вселенской Игры] захочет выкатить максимально трагичный сюжет. Но что, если с самого начала всё произведение было лёгким и комедийным?
Его просто обвинят в том, что он насильно сломал атмосферу и загнал историю в чернуху. Это уже не удачное использование клише. Это просто плохо написанное произведение. А значит, [Оператор Вселенской Игры] фактически признает, что сам не умеет управлять клише.
Аномалия не способна отрицать собственную сущность. Нам и нужно было ударить именно в эту трещину.
Святая. Мы приняли Лекарство ненависти. Скоро к нам начнут липнуть самые разные несчастья.
…
Как только вернёмся в Корею, сразу войдём в старшую школу Пэкхва. Муган умеет бесконечно искажать человеческое ощущение времени. Скорее всего, субъективно мы проведём там больше пяти лет. Предупреждаю заранее: эти пять лет будут почти неотличимы от ада.
Поэтому:
Мы намеренно «пропустим» эти несчастные дни.
Пропустим?..
Да. Вырежем и перескочим. Ни словом не расскажем о несчастьях, которые переживём во времени Мугана. Только так можно сохранить комедийную тональность.
А… Теперь ясно.
Кстати, именно поэтому часть «несчастных сцен» я намеренно пропустил и для вас. Разумеется, кому-то с особыми вкусами наверняка хотелось посмотреть, как я обнимаю трупы товарищей и реву навзрыд. Но всё это — решение ради общего дела: уничтожения Отчуждённого бога. Прошу понять и простить.
Поэтому вам нельзя выходить на передний план, Святая.
…
У вас с комедией, мягко говоря, совсем не складывается.
…
Нам нужно первыми захватить тон истории, пока [Оператор Вселенской Игры] не успел сделать мир серьёзным и тяжёлым. Но в настоящем постапокалипсисе долго удерживать «комедию» невозможно.
…Потому что люди умирают.
Да. Максимум пятьдесят дней. А если говорить начистоту, я хотел бы закончить всё за тридцать.
Вот почему — спидран. Пока мир не успел окончательно отяжелеть, нужно было устроить максимум «абсурда», «угара», «бедлама» и «цирка с конями». И тем самым заранее сузить набор жанров, которые сможет использовать Отчуждённый бог [Оператор Вселенской Игры]. На лице Святой появилось выражение полного понимания. Я сказал:
Запомните сегодняшний разговор.
Что?
Мы пока лишь предполагаем, как именно устроена сила [Оператора Вселенской Игры]. Но если я прав и она действительно связана с жанрами художественных произведений…
Я поставил чашку.
Тогда сегодняшний ночной разговор нам ещё очень пригодится.
На этом воспоминание закончилось. Благодаря [Абсолютной памяти] я мог безупречно воспроизвести прошлое в любой момент. Даже сейчас, положив палец на спусковой крючок Walther PPK, я за долю секунды закончил весь флешбэк. И затем тихо произнёс:
Обезьянья лапа.
Пора исполнить обещание.
У-ик! Ки-ги-ги-гик! Ки-и-ик!
Невидимая Обезьянья лапа завизжала. Все несчастья, которые мы копили до сих пор. Пускай трансляция их не показывала, за пределами кадра нам и правда приходилось очень плохо. Несчастье и удача должны уравновешивать друг друга.
Даже пока спидран не шёл в эфире, [Обезьянья лапа] всё время крутилась рядом.
Мне нужна только одна удача.
Ки-ги-ги-ги-и-ик! У-ик! Ки-хи-и-и-ик!
Вложи всю эту удачу в пулю, которую я сейчас выпущу.
Тр-р-р!
Правый рукав моей рубашки разорвало. За одно мгновение рука покрылась густой обезьяньей шерстью. На сокровище под названием Walther PPK начали один за другим накладываться усиления. Первое.
[Закон сохранения удачи], обращённый в нашу пользу благодаря сочетанию [Обезьяньей лапы] и [Лекарства ненависти].
Пуля, которую я сейчас выпущу, получит удачу совершенно ненормальной силы. Второе.
[Чеховское ружьё].
Аномалия, согласно которой появившееся оружие обязательно сыграет решающую роль. К тому же мой пистолет был не обычным оружием, а сам по себе стал аномалией, поверх которой наложился образ «Богоубийцы». Значит, эта пуля обязательно должна была стать финалом боя. Третье усиление…
Святая послала мне телепатическое сообщение. Момент был выбран идеально. Эта реплика и была третьим усилением — клише «флешбэка». Святая тоже вспомнила наш разговор той ночью и дала мне нужный сигнал. Так сложилось клише:
«Мы заранее знали, что наступит именно такой момент, и подготовились к нему».
А вместе с ним завершилось и последнее, четвёртое усиление.
Я победил…
Я улыбнулся.
…Всё по плану.
Да.
Одно из величайших клише в истории художественных произведений.
«Всё происходившее было частью плана главного героя».
Я накопил достаточно причин и следствий, чтобы иметь право заявить такое всерьёз. С тех пор как начался сто тридцать пятый цикл, и вплоть до пятьсот девяносто третьего. Даже когда глава мастерской Но Доха душила меня насмерть. Все эти смерти были нужны, чтобы сложить усиления в одну-единственную пулю.
[Закон сохранения удачи].
[Лекарство ненависти].
[Чеховское ружьё].
[Флешбэк].
[Всё по плану].
Аномалии и клише — всё в одну пулю. Щёлк. Я нажал на спуск, целясь в бога.
БА-А-А-АХ!
Выстрел прогремел протяжно. Пожалуй, даже слишком протяжно.
[Оператор Вселенской Игры] с запозданием заметил атаку и попытался уклониться.
Но он только что объявил себя финальным боссом и как раз собирался начать превращение. Нападать на персонажа во время трансформации — нарушение неписаных законов художественных произведений. Но если за всю серию сделать так ровно один раз, подобная подлость обычно сходит с рук.
Тр-р-р-р!
Пуля прочертила «царапину» по области Отчуждённого бога, залитой помехами. Шестнадцать бит. Восемь бит. Четыре бита.
Чем ближе к Отчуждённому богу, тем хуже становилось качество мира — и каждый слой один за другим прошивала моя пуля. Вокруг неё закрутился вихрь. Низкокачественная реальность раскалывалась, словно стекло. Отчуждённый бог увидел летящую пулю и забросал пространство сообщениями.
В такой панике, что уже не соблюдал даже минимального формата: обрывки начали одновременно закрывать мне обзор.
[Оператор Вселенской Игры заявляет клише «поворот за поворотом».] [Оператор Вселенской Игры заявляет клише «атака во время трансформации не срабатывает»] [воскрешение] [регенерацию] [заявляет] [просит верующих и жрицу активировать клише «мы его победили?»] [клише] [просит] [Оператор Вселенской Игры] [ет] [ет] [■] [ет] [ет]
Это был крик аномалии. Пуля пробила крыло Отчуждённого бога.
[Оп■ратор Вселен■■ой Игр■] [а] [ет] [а] [а] [а] [■] [■] [■] [■] [■] [■]
Тр-р-р-р-р-р. Шестнадцатибитное пространство, ещё недавно растянувшееся до самого горизонта, начало стремительно сжиматься. Центром стягивания была пробоина от пули. Чёрно-серо-белые помехи завихрились к одной точке, будто в чёрную дыру.
Десятки тысяч NPC с неестественными воплями полетели туда же. А затем по всему миру начали появляться отверстия.
ДЗЫНЬ!
С треском разбитого стекла «пулевые дыры» раскрылись в небе, в земле, в здании отеля — повсюду.
[■] [■] [■] [■] [■] [■] [■]
Хлюп. Хлюп. Из отверстий водопадами хлынула чёрная жидкость. От неё пахло нефтью.
Пока она растекалась, раздавался странный звук — что-то вроде треска сломанного радиоприёмника. Мерзкий запах и неприятный шум за секунды заполнили всё вокруг, а чёрная жижа накрыла мир целиком. И О Токсо, и я оказались погружены в рвоту Отчуждённого бога. Чёрная жидкость поднялась выше головы, но, к счастью, дышать она не мешала.
Физической жидкостью это, конечно, не было. Под чёрной поверхностью я один раз закрыл глаза. И открыл. Вокруг до бесконечности простиралось белое пространство.
Белым было всё, и понять, где верх, а где низ, почти не получалось. Вот оно — истинное божественное владение. Не комедийный храм, который я искусственно соорудил сам, а место, где в подлинном смысле существовал [Оператор Вселенской Игры].
Д-дядь? Где мы?
…
В божественные владения попали только трое: я, О Токсо и Святая. Наверное, именно нас троих эта история признала своими главными героями.
…
И прямо перед нами лежал хозяин этого пространства.
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta
Наш бот, там можно подключить уведомления о выходе новых глав на ваши любые тайтлы: @domnekromanta_bot
Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta