Том 1 · Глава 18. Сопутник I
Поговорим о Тан Сорин, главе гильдии «Три тысячи миров».
В глазах у вас яд так и плещется.
…
Говорят, вы тот самый человек? Один из почти единственных выживших на Пусанском вокзале. Чудак, который ходит по людям и задаёт им странные вопросы.
Впервые я встретил Тан Сорин в 4-м цикле.
К сожалению, тогда я ещё не освоил [Абсолютную память]. Эта способность появилась у меня только в 5-м цикле.
Поэтому в воспоминаниях о нашей первой встрече наверняка есть неточности. Нет, мне просто не хочется это признавать: ошибки там совершенно точно есть.
С тех пор прошло уже больше тысячи лет.
Имя?
…Гробовщик. Это прозвище.
То есть человек, который ходит и хоронит других? Неплохо. Глубина человека зависит от того, сколько трупов он успел похоронить в собственном сердце.
Возможно, Тан Сорин сказала не «в глазах у вас яд», а «в глазах у вас ум так и светится». Возможно, обращалась ко мне не на «вы», а на «ты».
В тот день мог идти дождь. А мог и не идти. Мне кажется, я слышал шум воды, но, может быть, это была всего лишь вода, которая текла где-то внутри моего сердца.
И всё же атмосферу того дня, сам контур воздуха, я помню отчётливо.
Чтобы жить, человеку мало дышать только тем кислородом, что окружает его сейчас. Иногда нужно вдохнуть и воздух прошлого, давно уже оставшегося позади.
Ну как? Не хочешь вступить в нашу гильдию?
Как она называется?
«Три тысячи миров». Для краткости — однажды действительно собрать три тысячи пробуждённых. Гробовщик, помоги мне. Чтобы убить Десятинога, нужна твоя сила.
Человек, которому суждено было занять немалую долю воздуха, которым я дышал, улыбнулся краешком губ и протянул руку.
У меня тогда не было ни причины, ни роскоши отказываться от этой руки.
А, да. Все вступившие в нашу гильдию обязаны носить остроконечную шляпу. Всегда и везде.
…Остроконечную шляпу?
Ну да. Такие ведьмы в сказках носят. Это символ нашей гильдии. И ещё нужна метла вместо посоха. Ты ведь не обедал? Я знаю одно отличное место. Отведу тебя в честь вступления.
Я отказываюсь вступать.
Отказаться не получилось.
Лучшее, чего мне позднее удалось добиться, — заменить метлу на меч-трость.
Тан Сорин была хитрой, упрямой и прекрасно знала все местные заведения, где вкусно кормят.
Люди называли её Ведьмой железнодорожной станции, создательницей Песенного заклинания и Одиноким гурманом.
…Если хорошенько подумать, последнее прозвище, кажется, употреблял только я.
Хотя чаще всего я, разумеется, называл её совсем иначе.
Что уж скрывать.
Когда-то она была главой моей гильдии.
Сейчас это уже звучит как смешная байка из древности, но в самом начале моей жизни регрессора — то есть до 10-го цикла — существовал босс, который вставал перед корейскими пробуждёнными настоящей стеной плача.
Подождите. Это ещё что?
Э-эй… Оно сюда идёт!
Десятиног.
Позднее wiki-сообщество под названием «Библиотечное общество» разработало классификацию аномалий и отнесло его к городскому уровню опасности — Polis. Идентификационное имя: «Ползучий детёныш Ктулху».
Пиздец! Почему оно такое быстрое?!
Ктулху! Это Ктулху!
Какой ещё, блядь… Тревогу! Сначала тревогу объявляй, дебил!
О том, откуда именно взялось имя «Десятиног», спорили долго.
Самой популярной была версия, что вместо нормальных ног у твари торчали десятки и сотни отростков, похожих на человеческие руки, и все они извивались как щупальца.
Лично мне куда больше нравилась другая теория: кто-то увидел это чудовище, заорал что-нибудь вроде «да что это за ёбаная многоногая хуйня», а бесконечная ругань со временем каким-то чудом облагородилась до приличного «Десятиног».
Настолько велико было отчаяние, которое первый босс Корейского полуострова внушал всем нам.
Нам нужно его убить. Тогда мы вернём территории южнее Хангана и сможем отодвинуть разорванную надвое линию фронта обратно к линии перемирия.
Тан Сорин не отчаивалась.
Точнее, она собрала вокруг себя отчаявшихся пробуждённых, сколотила союз гильдий и в итоге стала его главой.
Можно сказать, получилась Коалиция против Десятинога.
От Коалиции против Дун Чжо из «Троецарствия» она отличалась одним: в отличие от Юань Шао Бэньчу, Тан Сорин была исключительно способным лидером.
Гробовщик. Ты поведёшь элиту других гильдий на передовую и будешь удерживать Десятинога столько, сколько сможете.
Понял.
После того как я узнал о существовании старика Шо, ударные отряды обычно возглавлял он. Но до тех пор за неимением лучшего передовую приходилось держать мне.
Можете представить, насколько жалким тогда был общий уровень пробуждённых.
А, к слову: пока я состоял в «Трёх тысячах миров», с Тан Сорин я, естественно, говорил на «вы».
Вчера погиб мой адъютант, так что и меня слегка потряхивает… Но попробую. Сколько минут вам нужно?
Как угодно продержись тридцать минут. Я разверну великое заклинание и поддержу отряд смертников.
Понял.
Я кивнул.
Легко.
Легко не было.
Гр-р-о-о-у!
Десятиног взревел.
Ровно через две минуты после начала боя одно из его щупалец проделало в моей голове ещё одно отверстие.
А что поделать? Если прямо через мозг проложить скоростную автостраду Кёнбу, даже регрессор умрёт без особых церемоний.
На самом деле две минуты были ещё достойным результатом. Остальным пробуждённым головы собирали буквально за мгновение. Осенний земледелец увидел бы такую работу серпом — слюной бы захлебнулся.
Я продержался дольше большинства, а потом вместе с Тан Сорин тоже превратился в очередной сноп.
Конец 4-го цикла.
Начало 5-го.
Гробовщик. Ты поведёшь элиту других гильдий на передовую и будешь удерживать Десятинога столько, сколько сможете.
Пиздец как сложно.
На этот раз я решил не рисоваться перед главой гильдии, а честно сказать правду.
Тан Сорин удивлённо округлила глаза.
Сложно?
Да.
Я думала, с нашими нынешними силами и с тобой в составе союз сможет хотя бы вести сдерживающий бой. В данных есть ошибка?
С данными всё верно. Это Десятиног, сука, скрывает настоящую силу.
Мир явно катился куда-то не туда.
Троп «на самом деле я чудовищно силён, просто скрываю это» вообще-то полагалось отыгрывать мне, регрессору. А вместо меня этим занимался проклятый босс.
Те ноги, которые он обычно выставляет наружу, — даже пять продержаться почти невозможно.
Замглавы. Если это правда, то вся операция бессмысленна. Мы просто не можем его зачистить.
Да. Давайте откажемся.
Угу. Тогда отступаем. Может, в Пусан?
Отлично. Проверенное временем и традициями убежище.
Там много вкусных мест?
Мы повернули на Пусан.
Местных заведений там хватало, чтобы удовлетворить Тан Сорин, которая в любом новом городе первым делом искала, где поесть. К тому же именно там находилась основная база нашей гильдии.
Проблема заключалась в том, что Десятиног не сидел возле врат на цепи. Это была чрезвычайно свободолюбивая душа, которая бродила по карте где хотела.
Не хуже Тан Сорин, эта тварь объезжала разные регионы в поисках местной кухни. Правда, меню у неё всегда оставалось одним — человеческое мясо.
Разнеся Сеул, Десятиног пошёл зигзагом через всю страну, демонстрируя, что тоже вполне достоин собственного сезона «Одинокого гурмана».
Он целенаправленно искал места, где собиралось много людей. Наверное, обладал каким-то шестым чувством, способным улавливать человеческую жизнь.
В результате города на полуострове один за другим превращались в руины, а Десятиног добился той самой децентрализации, с которой до него не справился ни один политик.
На всё ушло всего пять лет.
Гр-р-о-о-у!
Десятиног взревел.
Вот же блядь.
Мы развернули последнюю линию обороны на Нактонгане и дружно превратились в шашлык из пробуждённых.
Так я усвоил: даже если отказаться от попытки убить Десятинога, пока он жив, всем нам всё равно отмерен очень короткий срок.
Конец 5-го цикла.
Начало 6-го.
«Это… случайно не безнадёжно?»
Пятый цикл закончился полным разгромом от Десятинога, но для моей жизни регрессора в целом оказался невероятно важен.
Именно тогда я получил [Абсолютную память].
С этого момента я уже совершенно точно помнил, о чём размышлял, когда и с кем встречался и что именно говорил.
Замглавы, у вас сейчас есть время?
Хм? А что?
Я как раз сидел и думал, не решил ли сам мир издеваться над человечеством, когда выход внезапно открылся благодаря столь же необъяснимой благосклонности судьбы.
К вам пришёл человек извне.
Девушка с красивыми серебряными волосами открыла дверь между вагонами KTX и обратилась ко мне.
Её звали Ю Чивон. Я приметил её ещё в 5-м цикле и с тех пор использовал как своего адъютанта.
Девушка, между прочим, была совершенно отбитой психопаткой, но об этом расскажу как-нибудь потом.
Гость? Где он?
Уже добрался до платформы нашей станции.
А служба безопасности чем занималась?
Пыталась остановить, но гость оказался слишком силён. Их максимумом было хотя бы уговорить его ждать на платформе.
Хм.
Почему мы вообще разговаривали в вагоне KTX? Э-э… Потому что штаб «Трёх тысяч миров» всегда размещался в поезде.
Не потому, что я и остальные члены гильдии были железнодорожными фанатами, способными находить метафизическую красоту в груде металла, которая уже никогда никуда не поедет.
Это был исключительно личный вкус её превосходительства Тан Сорин.
У неё имелась странная привычка: стоило гильдии перебраться в другой район, как она находила там самый приличный уцелевший поезд и немедленно объявляла его новым штабом.
По её собственным словам: «Ну ведьме же романтичнее жить в поезде, разве нет?»
Как нетрудно догадаться по обязательным остроконечным шляпам, внутренний мир Тан Сорин тоже нельзя было назвать нормальным.
Но вернёмся к делу.
И как зовут гостя?
Да, имя… Эмип… Шопенхауэр? А, Шопенгауэр.
Тр-р-р.
Из рации донёсся треск, и мой адъютант чуть склонила голову.
Говорят, он немец.
Эмит Шопенгауэр.
Мастер меча. Звезда Меча.
Пробуждённый, который носил множество прозвищ и перерубил мечом ещё больше голов монстров.
А для меня — просто старик Шо.
Эм… Hello? Зачем вы пришли?
…
Старик Шо молча смотрел на меня.
Если честно, первое впечатление было простым: «Ну и мерзкий же у старика характер на вид».
Шёл всего 6-й цикл.
Немецкий старик, приехавший в Корею вслед за женой и внезапно угодивший в катастрофу с вратами, ещё не успел выучить корейский.
Поэтому мы пытались общаться обрывками английского, жестами и переводчиком в смартфоне.
Если бы я хорошо знал английский, проблем бы не возникло. К сожалению, к языкам у меня не было ни малейшего таланта.
Fucking monster.
Fucking monster… Десятиног? Вы про Десятинога? Lurker? Tentacles? Вот так шевелятся?
Yes.
Oh. Sorry, I can’t speak English.
…
Старик Шо нахмурился.
Выглядел он невероятно раздражённым.
Другой. План.
…?
Ты раньше умер. Здесь.
Мы находились в вагоне-ресторане KTX, который гильдия заодно использовала как гостиную.
На столе была разложена карта Республики Корея.
Тук.
Старик ткнул пальцем примерно в середину карты.
Линия от Сеула к Квачхону. Именно там в 4-м цикле я, ничего не понимая, полез убивать Десятинога и сам был убит.
Но не умер.
Ш-шурх.
Палец старика пополз вниз и остановился точно на Нактонгане.
…!
Пять лет. Слишком большая разница.
Серый взгляд старика Шо упёрся прямо в меня.
Неужели. Нет, быть не может?..
Сердце перевернулось.
Мы долго смотрели друг другу в глаза через стол. И в какой-то момент поняли, что течение в наших сердцах движется с одной и той же скоростью.
Старик медленно раскрыл рот.
Return?
Даже с моим никудышным слухом я не мог не понять, о чём он спрашивает.
Я молча вывел пальцем на столе цифру.
6.
Только тогда суровое лицо старика разгладилось, и он широко ухмыльнулся.
Это было число прожитых мной жизней.
Наверное, понимая, насколько плохо я знаю английский, старик Шо не стал растягивать фразу.
Старый немецкий мечник умел вкладывать сильное чувство в очень короткие слова.
My friend.
С появлением старика Шо весь рисунок боя изменился.
Не просто так, когда меня спрашивали, кто из всех известных мне пробуждённых был сильнее всего в прямом бою, я неизменно называл старика Шо.
И дело не в том, что на безрыбье и рак рыба. Даже спустя больше тысячи циклов его потенциальная боевая мощь по-прежнему кажется мне ненормальной.
Ты уверен, что этого человека нужно ставить на передовую?
Да, глава. Уверен.
Хм-м. По виду не скажешь, что ему можно настолько доверять. Но раз уж даже замглавы говорит «уверен»… Ладно. Проверка навыков всё равно нужна.
Разумеется.
Пятьдесят минут спустя.
Немедленно делаем его ключевым бойцом этой операции.
Повторю: Тан Сорин была способным лидером.
Она ни секунды не переживала из-за того, что вокруг на носилках уносили лучших пробуждённых «Трёх тысяч миров». Вместо этого тут же раздобыла переводчика и приставила к старику Шо.
Переводчик. Спроси его, пожалуйста, что он думает об остроконечных шляпах.
Переводчик некоторое время поговорил со стариком Шо — и заметно помрачнел.
Прошу прощения, но этот господин не заинтересован во вступлении в гильдию. Говорит, что предпочитает действовать один.
Правда? Жалко. Но он сейчас не сказал «Alohomora»? Или мне послышалось?
А, похоже, он попытался пошутить, а я не понял. Простите. Ха-ха.
Бывает. Замглавы, неподалёку ведь было хорошее место с сундэ-кукпапом? Интересно, немец будет такое есть.
Если там нет репы, думаю, съест что угодно.
Я видел, как переводчик рядом едва заметно улыбнулся.
Умный был человек.
Тогда я ещё не знал немецкого и пропустил всё мимо ушей. На самом деле старик Шо сказал примерно следующее:
«Что за идиотизм? Эти ваши дешёвые шляпы под Гарри Поттера? Ещё немного
К слову, я полностью разделяю его мнение.
С 7-го цикла я перестал вступать в «Три тысячи миров» и начал путешествовать отдельно со стариком Шо. И проклятые остроконечные шляпы сыграли в этом далеко не последнюю роль.
Этот стиль… Нет, даже стилем такое назвать нельзя.
Ведьминский костюм мог носить и не выглядеть нелепо, пожалуй, только один человек — Тан Сорин.
И это было вполне закономерно.
Она не играла в ведьму. Тан Сорин действительно называла себя ведьмой — и при этом была архимагом и пробуждённой с несколькими способностями.
Гробовщик. Звезда Меча. Любыми средствами продержитесь двадцать пять минут… Нет, тридцать.
К югу от Хангана лежала проклятая земля, где бесчисленные мирные жители исчезли в одно мгновение, так и не поняв почему.
Там собрались мы со стариком Шо, глава «Трёх тысяч миров» Тан Сорин и ещё столько людей, что всего пробуждённых оказалось полторы тысячи.
Если считать военных и гражданских добровольцев, число было ещё больше.
Почти вся сила, которую только можно было собрать в Корее, сосредоточилась на одном поле боя.
И мы стояли на самой передовой.
Гр-р-о-о-у!
Раздался уже знакомый рёв.
Вдали показалось громадное тело Десятинога.
Задрожал горизонт. Разрушенные здания не выдерживали движений чудовища и ломались, как сухие стебли.
Двадцать пять минут. Сможете?
Будет трудно.
Я ответил от имени ударной группы.
Но теперь, в отличие от предыдущего цикла, к этим словам можно было кое-что добавить.
Однако вполне реально.
Тан Сорин кивнула.
Когда закончим, найдём какое-нибудь хорошее место и поедим. Кстати, какое блюдо считается главным сеульским? Что-нибудь местное, с характером.
Даже не знаю. По-моему, ничего особенно знаменитого нет.
Вот как?
Хм, — протянула Тан Сорин, глядя на горизонт.
Там извивались бесчисленные щупальца, похожие на человеческие руки.
После сегодняшнего дня будет нарезка из осьминога.
Отварной осьминог
Согласна. Всем занять боевые позиции. Сегодня мы вернём Сеул.
Бой начался.