Том 1 · Глава 260. Эрика (1).
Так мы с Варганом и нашли точку, в которой наши интересы совпадали.
У него была своя цель, у меня — своя. Объяснять друг другу лишнее не требовалось: общая память делала недомолвки почти невозможными.
Варган всё ещё сомневался только в одном.
Ты действительно сможешь спасти Эрику?
Я не должен был дать ему усомниться. Если Варган снова сорвётся и попробует покончить с собой, пострадаю и я. Значит, ему требовалась надежда — ясная и достаточно убедительная, чтобы за неё можно было держаться.
Конечно. К тому же твоя душа и без моего вмешательства протянет всего несколько лет. Так ли важно, если ради результата этот срок немного сократится?
Единственное, с чем он не мог смириться, — судьба Эрики.
...Да. Ты прав.
Я улыбнулся.
Удобно иметь дело с человеком, которому ничего не надо объяснять. Общая память, оказывается, не сплошная морока.
Кто ещё способен понять меня настолько точно?
И кто, кроме меня, способен так же хорошо понять Варгана?
Нам придётся сотрудничать. Каждый поможет другому добиться своего.
Я ещё раз свёл его цель к одной фразе.
Ты хочешь спасти Эрику и дать ей возможность жить дальше. Верно?
Верно. А твоя цель...
Про мою можешь не спрашивать.
Когда я закончу, Варгана уже не будет. Ему была доступна и моя память о романе, поэтому он без объяснений понимал, кого именно я собираюсь устранить ради своей цели.
Эрика.
Для него — самое дорогое существо на свете.
Для меня — серьёзная помеха.
И его собственная привязанность к ней тоже была помехой, потому что вместе с памятью мне достались и чувства.
Всё упиралось в две вещи: душе Варгана оставалось недолго, а Эрика значила для него слишком много. С первой время разобралось бы само. Если его душа исчезнет, вместе с ней, вероятно, исчезнет и то, что я чувствую к Эрике.
И всё же ждать несколько лет я не собирался.
Я помогаю тебе сразу по двум причинам. Во-первых, хочу, чтобы твоя душа исчезла раньше и я как можно скорее освободился. Во-вторых, не могу просто игнорировать то, что ты чувствуешь.
Потому что мы делим память и ощущения?
Именно.
Его боль была моей болью. Его раны появлялись на моём теле.
Я посмотрел на запястье. Кровь уже остановилась, но я нарочно не применял магию, поэтому свежий порез оставался хорошо заметен.
Вот почему нам выгоднее действовать вместе. У тебя есть талант к магии, знания и влияние дома Шугенхарц. У меня
Варган всё ещё не мог до конца поверить.
Мы правда способны изменить финал?.. Эрику действительно можно...
Хватит мучить себя одним и тем же вопросом. Ты ведь уже знаешь мой принцип: если действуешь, шанс хотя бы существует. Если сидишь сложа руки, нет даже шанса.
Значит, требовался план.
Не мелкая правка отдельных событий, а план, который полностью сломает ход романа.
Я прикинул объём работы. На подготовку понадобится около недели — включая время, чтобы мы привыкли жить в одном теле и перестали мешать друг другу.
Придётся семь дней почти не выходить из комнаты. Переживём?
Переживём. Но первый человек, которого ты хочешь привлечь... обязательно должна быть она?
Разумеется, он уже прочитал мой замысел.
А, ты про неё. Да, я понимаю, почему тебе это не нравится. В твоей памяти эта женщина всадила тебе клинок в грудь. Тёплых чувств после такого ждать глупо.
Но брать вместо неё Арху было слишком опасно. С ней куда труднее управиться, а цена ошибки выше.
С Алисией всё проще. Церковь, скорее всего, ещё не знает о её настоящем таланте. Если перехватить её сейчас, другого такого момента уже не будет.
...Тогда выбора нет.
Вот и договорились.
Оставалось просчитать как можно больше вариантов развития событий и расписать детали. Через семь дней можно было ехать за героиней романа.
Я даже придумал, с чего начать разговор с её приёмной матерью.
Скажу: «Отдайте мне вашу дочь».
Фраза «продайте мне дочь» звучала откровенно мерзко. А так — коротко и прилично. Если женщина не поймёт, тогда уже можно будет сказать прямо.
Варган кивнул без особого интереса. Сама Алисия его явно не занимала. Поразительная верность одной женщине — почти до идиотизма.
Хорошо. Если это поможет спасти Эрику, я соглашусь.
Вот так.
Именно такой ответ мне был нужен.
Похоже, из нас действительно выйдет неплохая команда.
О чём задумался?
Голос Эрики вернул Варгана в настоящее.
Они провели вместе уже полдня. Солнце давно ушло за горизонт, и теперь Академию освещала луна.
Ни о чём.
Правда?.. Тогда можно я подвинусь ещё ближе?
Можно.
Точно?
Эрика счастливо улыбнулась и заёрзала под одеялом. На покрывале становилось всё больше складок, пока между ними почти не осталось пространства.
Из-за разницы в росте со стороны могло показаться, что Варган лежит один: если бы одеяло натянуть повыше, маленькую Эрику рядом с ним можно было бы не заметить.
Тепло,
Варган медленно гладил её по спине. Под ладонью ощущались мягкая ткань белой ночной сорочки «Лорелай» и хрупкое тело Эрики.
За день они успели обойти почти все известные места Академии.
Побывали в оранжерее, где рядом росли цветы с яркими разноцветными листьями и совсем простая, но удивительно ровная зелень. Дошли до края летающего города, откуда земля далеко внизу казалась картой. Прошлись по широкому парку у озера среди других пар, державшихся за руки. Дождались темноты возле фонтана, который начинал светиться только ночью.
Кажется, больше смотреть было уже нечего.
Мы сегодня немало прошли. Не устала?
Вообще нет.
Совсем?
Совсем. Я даже поймала себя на мысли, что не хочу, чтобы этот день заканчивался.
Эрика чуть улыбнулась.
Хотя понятно, что так не бывает.
Он чувствовал её дыхание и едва заметную дрожь её голоса. В груди болезненно кольнуло.
Некоторое время они лежали молча.
Потом Эрика спросила, не поднимая головы:
А почему ты вдруг решил освободить для меня целый день?
Захотел немного отвлечься.
Она ничего не сказала и только прижалась сильнее. Ближе уже было почти некуда, но Эрика всё равно старалась прижаться к нему всем телом.
Варган... Мне правда больше никто не нужен.
Он молчал.
Я не знаю, сколько нам осталось. Конечно, чем дольше, тем лучше. Но даже если времени мало... я всё равно согласна.
Эрика...
Я не понимаю, дело в твоей неизлечимой болезни или есть ещё что-то. Но мне страшно. Очень.
Ответа у него не было.
Варган просто обнял её крепче.
Он понимал, что Эрика ждёт не такого ответа. Но ничего другого, что могло бы хоть немного её успокоить, он дать не мог.
Всхлип.
Он слышал тихий плач, чувствовал каждый прерывистый вдох — и всё равно делал вид, будто ничего не замечает.
Только гладил её по спине.
БАБАХ!
СКР-Р-Р-Р!
Первый ряд! Поднять мощность, не сбавлять до последнего удара!
Второй ряд, приготовиться! Как только очередь перейдёт к вам
Ударная группа магов, продолжать стихийные атаки! Поддержка, не прекращать подачу маны!
Перед героями стояла громадная полупрозрачная красная преграда. Она перекрывала всё пространство впереди, насколько хватало глаз.
За время осады они перепробовали почти всё.
Герои, владевшие красной аурой, одновременно били оружием в одну точку. Потом атаковали разные участки. Хейлион применял свою уникальную магию священного типа, Ферангис призывал духов.
Бесполезно.
Не появилось даже крошечной щели. На поверхности барьера не осталось ни царапины.
По прочности он напоминал защитные купола Академии и Ликейона.
Хейлион стоял в стороне и наблюдал за очередной серией ударов.
Похоже, силой мы его не возьмём. Стоит искать другой способ.
Рядом тут же взревел огромный мускулистый мужчина.
Чушь собачья! Вот вечно с барчуками одна беда
Хейлион повернул голову.
Это вы меня сейчас барчуком назвали, Грейден?
Перед ним стоял третий номер рейтинга героев, признанный мастер рукопашного боя — Грейден. На шее у него, словно обычные подвески, висели куски железа, каждый из которых с трудом подняли бы трое взрослых мужчин.
Он вздёрнул густые брови.
А кого ещё? Здесь второй Хейлион завёлся?
Пожалуй, нет. Просто раньше меня так никто не называл, вот я и уточнил.
И эти дохляки тоже хороши! Напора нет! Вот потому я и говорю: все, кому для драки нужна железка,
Вообще-то так говорите только вы.
Грейден его уже не слушал. Он уставился на красную стену и шумно выдохнул через нос.
Всё, надоело. Сам разберусь. Покажу этой красной дряни, что такое настоящий мастер рукопашного боя.
Если пойдёте вы, шанс действительно есть.
Ещё бы! Меня надо было звать первым! Если бы Сильвестр не гонял меня по всякой ерунде, я бы давно перебил здесь всех архиепископов голыми руками. Вот же придурок!
Грейден без малейшего стеснения обругал первого номера рейтинга героев.
Уверенности ему было не занимать. Он ещё не успел лично свернуть шею архиепископу лишь потому, что подходящего случая не представлялось. Зато его кулаков хватало, чтобы сокрушать архиепископов даже после Высвобождения Власти.
Смотри внимательно, Хейлион. Сейчас увидишь, на что способен настоящий рукопашник.
Грейден привычным движением разорвал на себе рубаху. Он делал это перед каждым серьёзным боем, поэтому сопровождавший его герой давно таскал с собой запасные рубахи.
Хейлион улыбнулся.
Жду с интересом.
Вот и стой в сторонке, барчук. Смотри и учись!
БА-БАХ!
Звук напоминал выстрел тяжёлой пушки, хотя на самом деле Грейден всего лишь оттолкнулся от земли.
БУМ-БУМ-БУМ-БУМ!
Земля содрогалась под его ногами, будто через лес нёсся огромный кабан.
РА-А-А-А!
От крика с ветвей сорвались птицы, а ближайшие герои поспешно разошлись в стороны.
Грейден врезал кулаком в барьер.
Раздался взрывной грохот. От ударной волны у стоявших рядом людей заложило уши. По красной поверхности во все стороны разбежались волны, словно по воде после падения тяжёлого камня.
Удар был чудовищной силы.
Хейлион посмотрел на результат и сразу сделал вывод.
«Нет. Даже этого недостаточно. Придётся искать другой путь».
Мощь Грейдена сомнений не вызывала, но преграда всё равно выдержала.
БУМ! БУМ!
РА-А-А!
Грейден, разумеется, не остановился и принялся молотить по барьеру. Преграда заметно содрогалась, но не ломалась.
Пока Хейлион перебирал другие варианты, к нему подбежал один из героев.
Х-Хейлион! Пришло сообщение от ректора Гуллемасии!
От господина Гуллемасии?
Да. Он говорит... Нет, Академия сообщает, что...
Посланник перевёл дыхание.
Академия сможет разрушить красный барьер!