Том 1 · Глава 74. Брам (1).

Брутемберг был огромным городом даже по меркам Империи Троа. Официально здесь жили больше двухсот восьмидесяти тысяч человек, а сколько приезжих проходило через столицу ежедневно, не считал никто. Купцы везли товары со всего мира, служители Церкви Иггдрасиля приезжали по поручениям, охотники уходили в подземелья за магическими зверями и возвращались с добычей.

Особенно людной была улица гильдий. Здесь располагались штаб-квартиры организаций, известных далеко за пределами Троа.

В последнее время всё чаще говорили об одной новой гильдии.

Гильдия росла, вербовала талантливых людей в самых разных землях и после каждой удачной экспедиции становилась заметнее. Руководил ею Брам — человек, безусловно преданный Варгану.

Сейчас он отложил дела ради разговора с хозяином. Варган учился в Академии, поэтому разговаривать приходилось через кристалл.

Из шара донёсся голос, чуть искажённый помехами.

—Значит, погибла примерно пятая часть обитателей того подземелья. Жаль, но этого следовало ожидать.

—Это моя ошибка. Я не сумел удержать ситуацию.

—Нет, Брам. Ты справился. Среди магических зверей неизбежно находятся те, кто не подчиняется приказам. Потерять всего пятую часть — скорее повод тебя похвалить.

Брам опустился на колено перед кристаллом, будто Варган действительно стоял в комнате.

—Имя гильдии уже достаточно известно, чтобы обходиться без поддержки дома Шугенхарц. За хозяйственную часть я тоже спокоен: Калос не настолько глуп, чтобы нас предать.

Именно ради этого Варган и создал гильдию — собирать таланты, которых не найти среди студентов Академии.

Калос был одним из первых людей, которых Варган привлёк в гильдию. Он точно считал прибыль, быстро понимал, на чём можно заработать, и вёл всю хозяйственную часть. Варган знал сюжет оригинала и мог заранее выбирать выгодные направления; Брам, владевший почти любым оружием и умевший вести людей за собой, превращал это знание в силу. При таком сочетании путь к вершине гильдейского мира не должен был занять много времени.

—Среди добытых реликвий было копьё I ранга. Забери его себе.

В кристалле Варган улыбнулся.

—Копьё требовательное к владельцу. Тебе как раз подойдёт.

Брам не стал ни отказываться, ни изображать смущение.

—Реликвию, дарованную хозяином, буду считать частью собственного тела.

Из всех людей именно ему Варган доверял по-настоящему. Брам не оставлял без внимания ни одного слова Варгана и не позволял себе фамильярности.

—Проверять, насколько ты стал сильнее, не стану. В твоём случае такой вопрос был бы почти оскорбителен. На сегодня всё.

Для Варгана, любившего давить положением и происхождением, такая деликатность была редкостью.

—Жду следующего доклада.

—Будет исполнено, хозяин.

Связь погасла. Брам ещё некоторое время оставался на одном колене и лишь потом поднялся.

Почти сразу постучали.

—А, ты с господином Варганом говорил?

—Что случилось?

Вошёл мужчина в круглых очках. Это был Калос — единственный в гильдии, кроме Брама, кто знал, чья воля на самом деле стоит за организацией. Он по привычке поправил оправу.

—После последнего похода о нас заговорили не только в Брутемберге, но и в городах вокруг столицы. Самое время закрепить успех. Есть один вариант.

—Понадоблюсь я.

—Именно. Если толпа рядовых охотников полезет разбираться, это одно. А если глава гильдии лично выступит за справедливость — совсем другая реклама.

Брам уже потянулся к привычному мечу, но передумал. Отличный случай испытать копьё I ранга.

—Недавно появилась новая гильдия охотников, — продолжил Калос. — Только гильдия там для вывески. На деле торгуют всем, чем нельзя: наркотиками, людьми, магическими зверями. Вот адрес.

Брам пробежал глазами карту и кивнул.

Их организация не заменяла городскую стражу, но время от времени сама бралась за дела, которые считала вредными для общества. Польза была двойная: меньше грязи на улицах, лучше репутация.

—Только не устраивай бойню на глазах у прохожих, ладно? Имидж тоже чего-то стоит.

—Я помню.

Брам разогнал ауру по телу и размял мышцы.

Он вышел за дверь.

В столице его всё чаще называли Брутембергским Богом Войны. Не без причины: за долгие годы Брам отточил владение почти всеми видами оружия до уровня, недоступного обычному воину.

После разговора с Брамом я ещё два часа тренировался и только потом вышел из общежития.

День давно сменился ночью. Луна почти целиком спряталась за облаками.

По дороге мне попалась знакомая рыжая голова. Эмили орала на мужчину с волчьими чертами так, будто собиралась перегрызть ему горло. Рядом стояли Лиам и остальные члены его группы.

—И что мне делать с вонючей псиной? Шерсть тебе, что ли, всю повыдёргивать?

—Лиам, можно я уже врежу твоей подружке детства? Правда, могу случайно убить эту суку.

Любопытно.

Оборотня звали Лукайэль. В оригинале он входил в группу Варгана и постоянно сцеплялся с Эмили, иногда — с Лиамом. Теперь он оказался в одной группе с Лиамом, и я было решил, что конфликтов станет меньше. Ничего подобного. Видимо, дело всегда было прежде всего в характерах.

—П-пожалуйста, хватит... Не надо драться...

Девушка в капюшоне попыталась встать между ними.

—Отойди, Никелла. Я сегодня этой рыжей суке все волосы повыдёргиваю.

Лукайэль оттолкнул её, и тут уже вмешались Лиам с двумя девушками. Но меня заинтересовала именно Никелла.

Призывательница духов. Последняя из героинь Лиама после Алисии, Эмили и Франчески.

«И как к этому ублюдку вообще столько женщин липнет?»

Никелла была робкой, но при необходимости действовала куда смелее, чем от неё ожидали. Она сама тянулась помочь Лиаму и не боялась первой говорить о чувствах. Поэтому в оригинале Эмили считала её самой опасной соперницей.

Алисия на этом фоне выглядела почти комично: формально главная героиня, сильнейший союзник протагониста — и при этом в любовной линии её постоянно оттесняли остальные.

—Оба успокойтесь! — Лиам наконец вклинился между спорщиками. — Эмили, давай отойдём и поговорим? Мы давно вдвоём нормально не общались.

Эмили перевела сердитый взгляд с Никеллы на него.

—Не сегодня. Я тренировку не закончила.

Вот это уже действительно удивительно.

Раньше ради возможности побыть с Лиамом она бы подскочила среди ночи и ещё успела привести себя в порядок. Теперь отказалась сама.

То ли сказалось соперничество с Финном, то ли ответственность за свой Побег. В любом случае Эмили в последнее время тренировалась заметно дольше и жёстче.

—А... понял. Тогда ладно, — растерянно сказал Лиам.

Больше я не задерживался. Я не прятался и не подслушивал — просто остановился на несколько секунд по пути. Забавно, но пользы для меня никакой.

На миг вспомнилось недавнее предложение Лиама. Я тут же выбросил его из головы. Этот идиот всё ещё рассуждал о мире как ребёнок.

Дальше дорога вела к старому кургану на окраине территории Академии. Чем ближе я подходил, тем меньше становилось света.

В огромной насыпи была врезана старая железная дверь.

Скрип.

Она должна была быть заперта.

В темноте сразу блеснули золотые волосы.

—Быстро ты.

—Остальные дела закончились раньше, чем я ожидал.

Франческа ждала меня уже здесь и встретила привычно холодным взглядом.

Некромант, которой во втором семестре предстояло устроить на фестивале большой переполох.

—Фух! Вот это я понимаю — жизнь!

Тем временем в таверне для сотрудников Академии Паула с Луизой методично уничтожали запасы пива.

На столе стояли только огромные стеклянные кружки — каждая чуть ли не с человеческую голову. Из еды хозяин по собственной инициативе принёс горсть орехов: видимо, ему было страшно смотреть, как две преподавательницы пьют совсем без закуски.

Паула допила очередную кружку и с грохотом поставила её на стол.

—Как вообще жить без выпивки? Смешно вспомнить: в молодости я от одного запаха алкоголя нос воротила.

Она явно ждала реакции.

Луиза фыркнула.

—Да не пизди. На первом курсе ты у меня в комнате нажиралась так, что потом занятия пропускала. И не один раз.

—Я? Серьёзно?

—Серьёзно, блядь.

—А-а, точно! Вспомнила. Значит, не в молодости, а в детстве не любила. Или тоже любила? Да какая теперь разница!

Паула уже заметно захмелела и стала вдвое шумнее обычного. Луиза, давно знакомая с этим состоянием, молча отпила из своей кружки.

—Эй, чего одна? Вместе пить надо!

Ещё некоторое время они смеялись, спорили и чокались. Потом шум сам собой улёгся.

Паула покрутила кружку в руках.

—Хорошо бы итоговый экзамен хоть в этот раз прошёл без несчастных случаев.

Сказано было почти невзначай, но Луиза сразу посерьёзнела. Она сделала большой глоток.

Пиво вдруг стало чуть горше.

—Я ведь правда не понимаю, зачем нам настолько опасный экзамен, — продолжила Паула. — Что в этой традиции такого святого? Она важнее детских жизней? Да и травм каждый год хватает. Может, послать всё к чёрту и снова потребовать отмены?

—Не начинай. Ещё одну дисциплинарку схлопочешь. В следующий раз одним урезанием жалованья не отделаешься.

—Сука... Тоже верно.

Паула сдалась скорее потому, что знала: одной истерикой правила не сдвинуть.

Луиза помолчала.

—Они дети. Маленькие ещё, их хочется защищать. Тут я с тобой не спорю.

Паула подняла взгляд.

—Но хочешь не хочешь, они готовятся стать героями. Нельзя всю дорогу носить их на руках.

Работа преподавателя — не бросать учеников в мясорубку, а дать им вырасти под защитой. Но к настоящему бою без боли не подготовишься. Некоторые вещи понимаешь только после того, как обожжёшься сам.

Кто-то после первого серьёзного удара ломается и уходит.

Жестоко, но будущему герою придётся выдерживать куда худшее.

Луиза допила остаток.

Паула обнаружила, что её кружка тоже пуста, и тут же махнула рукой хозяину.

—Ещё два пива!

Так они и запивали пивом горькую правду.