Том 1. Глава 113
Чон Инхо жаловался, что с Ли Джэхоном невозможно разговаривать, однако сам Ли Джэхон думал ровным счётом то же самое.
Не, ну… погодите, стойте, стойте, стойте.
Он опешил и не сдержался:
Разве вы, по логике вещей, не должны меня остерегаться?
…Сказали бы хоть для приличия что-нибудь ободряющее, учитель. У нас у всех так психологическая травма разовьётся.
Вижу, наш господин доктор, окривев на один глаз, совсем перестал ориентироваться в ситуации.
Тут всё-таки несовершеннолетние присутствуют, так что подбирайте выражения поделикатнее.
Да я не об этом, блин. Нет, ну серьёзно.
Ему и правда не хватало слов от возмущения.
Вы правда не понимаете, что в сложившейся ситуации ненормальные тут вы?
Как бы паршиво он ни реализовал свой план, придуманная им легенда всё ещё работала.
Он собственным ртом объявил, что может в любой миг начать убивать, да и кто знает, когда и как проявится влияние монстра из тины. Честно говоря, в рамках заданной легенды он вполне с пониманием отнёсся бы к тому, если бы его заперли где-нибудь или связали по рукам и ногам.
И что же он видел вместо этого?
Я же говорю: не обо мне вам сейчас надо переживать!
Только поглядите на них: умоляют не умирать того, кто с минуты на минуту может обратиться в чудовище. Ладно ещё эти желторотики, но чтобы и омерзительный главный герой вёл себя так же – такого он никак не ожидал. В оригинальном романе тот вовсе не был настолько тупым.
Он почуял неладное ещё во время разговора с Квон Ёнхи, но и помыслить не мог, что в общем кругу всё примет именно такой оборот.
Но ведь прямо сейчас больше всех заботы требуется именно вам, начальник…
Ёнхи, ты надо мной издеваешься?
Я просто констатирую факт…
Пробормотав это, Квон Ёнхи бочком спряталась за спину Кан Мины. Однако то, с каким упрямым видом она продолжала выглядывать оттуда, выдавало её настрой с головой, и Ли Джэхон со стоном прижал ладонь ко лбу.
…Бунт на корабле…
Самим-то ведь всё равно плевать.
Кому это плевать? Кому?
Да любому видно…
Ох, блядь, сил моих нет.
Перепалка вышла пустяковой, но лица спутников так и не прояснились. Он попытался, как обычно, всё замять шуточками и спустить на тормозах, но стоило сделать это намеренно – и всё намертво застопорилось.
Особенно раскалывалась голова от того, как главный герой буравил его своими угольно-чёрными глазами, так что Ли Джэхон с трудом подавил вздох.
…Ладно, проехали. Будем считать, что так.
Не похоже, что это можно просто спустить на тормозах.
Если есть что пробормотать, выходи к доске и делай доклад перед всем отделом, сотрудница Квон.
Выдав очередную язвительную реплику, он продолжил:
По совести говоря, на этом этапе вам следовало бы спросить кое о чём ещё, разве нет?
Да, он отчаянно хотел сменить тему.
Этот разговор заводил Ли Джэхона на крайне невыгодную территорию. Их врождённые взгляды на жизнь изначально различались как небо и земля, и спорить о том, кто прав, а кто виноват, было абсолютно бессмысленно. Проблема заключалась в том, что понимал это один лишь Ли Джэхон – и впредь ничего не изменится.
Честно говоря, в глубине души он считал, что в таких обстоятельствах и после всего произошедшего виноваты скорее эти желторотики, раз их мышление ни капли не изменилось. Однако, понимая, что этот спор ни к чему не приведёт и лишь сожрёт кучу нервов, Ли Джэхон мотнул головой. Нужно было срочно перевести тему.
И к счастью, даже в нынешней ситуации оставалась одна тема, способная переключить внимание группы.
…Простите…
Кудрявая школьница Пак Даён, пару раз украдкой оглядевшись по сторонам, робко подняла руку. Выглядела она в точности как примерная ученица, желающая правильно ответить на вопрос учителя.
Она робко посмотрела снизу вверх на Ли Джэхона, словно спрашивая «я правильно понимаю?»:
А в нашем обычном мире… что сейчас происходит с нами?
……
Что происходит, если умереть в Изнанке?
…Хм.
И тут Ли Джэхон опешил.
«Неужели нормальные люди в первую очередь думают именно об этом?»
По сути, их мысли сошлись в одном направлении: обоих интересовало, как поглощение Изнанкой отражается на них в реальности. Вот только Пак Даён спросила о состоянии живых людей, а Ли Джэхон сразу же подумал о трупах.
Наткнувшись на эту разницу даже в мелочах, он слегка потёр подбородок и ответил:
…Вот, бестолочи. Я вам выдал столько информации, разве не об этом следовало спросить в первую очередь? Как так вышло, что у вас мозги варят хуже, чем у девятнадцатилетней соплюшки?
От этих слов Ли Джэхона Пак Даён даже не стала скрывать расплывшейся на лице довольной улыбки, пока её брат Пак Дахун, скрестив руки на груди, тяжело вздыхал. Остальные, не обращая внимания на брата с сестрой, лишь ошарашенно нахмурились в сторону Ли Джэхона.
Первым заговорил доктор Ха Сонъюн:
…Быть может, наши мозги туго соображают оттого, что визуальная картина вашего истерзанного тела оказалась слишком шокирующей?
Больно-то было не вам, так что впадать от такого в шок
Умоляю, не произносите даже первого слога от слова «эффективность». У меня стойкое предчувствие, что оно станет триггером и травмой для нас всех.
С каждым днём вы относитесь ко мне всё бесцеремоннее. Разве врачу положено так себя вести?
Раз пациент категорически отказывается, чтобы с ним обращались как с больным, у меня нет выбора.
Тяжка жизнь на этом свете.
Покончив с притворными вздохами, Ли Джэхон продолжил непринуждённым тоном:
Всё как обычно.
…Что?
…Вы ведь спросили, как ваше отсутствие выглядит в реальном мире?
Он повторил ещё раз:
Всё остаётся прежним. Буквально всё.
За пределами Изнанки, в реальности, не происходит ровным счётом никаких изменений.
Ли Джэхон там по-прежнему в роли деспотичного начальника отдела распекает подчинённых. Помощник менеджера Чон Инхо с дежурной прилежной улыбкой выполняет свои задачи, Кан Мина время от времени помогает стажёру Но Ёнсоку. Квон Ёнхи тоже добросовестно трудится сотрудницей отдела маркетинга.
«Да и все остальные тоже».
Их отсутствие сейчас заполняет «кое-кто другой».
Конечно, раскрывать им, чем является этот «кое-кто»…
…Прежним?..
……
Быть не может…
…пока что рановато.
«Тему я точно перевёл».
Скрывая внутреннее удовлетворение, Ли Джэхон окинул группу взглядом. Главный герой и доктор, похоже, раскусили его манёвр, но раз новость ошеломила всех остальных и вокруг поднялся шум, вернуться к прежнему разговору им будет непросто.
Проигнорировав устремлённые на него взгляды, Ли Джэхон продолжил:
Скорее всего, когда мы выберемся из этого мира, там не изменится ровным счётом ничего. И пропавшими без вести вас, разумеется, никто не объявит.
……
Поразмыслив мгновение, школьник Пак Дахун подал голос:
…И родители… тоже ничего не знают?
Скорее всего.
…Вот как…
Его голос прозвучал на удивление невозмутимо – то ли с тревогой, то ли с облегчением.
И то же самое касалось стоявшей рядом с ним Пак Даён. Пожалуй, в ней облегчение сквозило даже сильнее. Так, чтобы взрослые не заметили, она крепко ухватилась за рукав брата. Пак Дахун осторожно высвободил руку и обнял сестру за плечи.
Привыкшая беззлобно поддразнивать его и спорить по пустякам, сейчас она молча приняла этот жест. Облегчение на её лице стало ещё более явным.
Сквозь взволнованный шёпот спутников прозвучал тихий голос:
Значит…
Это была Кан Мина, опустившая взгляд в землю.
А вы, начальник?
…Я?
С вами ведь всё время происходило то же самое.
Ли Джэхон не сразу понял смысл её слов. Он только-только с огромным трудом перевёл тему, а разговор снова вернулся к нему – это сбивало с толку, но главное, он искренне не догонял, к чему клонит Кан Мина.
Подняв голову и внимательно глядя на озадаченного Ли Джэхона, она продолжила:
Никто… даже не знал, что вы исчезаете.
……
Почему всё опять повернулось вот так?..
«Блядь, да почему фокус постоянно смещается на меня?!»
То, что придуманная легенда идеально сработала, безусловно, радовало, но абсурдность ситуации переходила все границы. Ли Джэхон досадно прикусил губу. Главный герой сверлил его пристальным взглядом, так что он даже не мог позволить себе выдать охватившее его раздражение.
Однако даже этой короткой паузы Кан Мине хватило, чтобы сделать собственные выводы.
……
Плотно сжав губы, она больше не проронила ни слова.
Ли Джэхона это бесило до белого каления.
✕-✕-✕-
В понимании Кан Мины «взрослый» был тем, кто несёт ответственность за всё, чего касается его влияние.
Встретив любимого человека – отвечать за эту любовь. Привязав кого-то к себе, добившись доверия – нести груз этой привязанности. Если из-за тебя кому-то больно – брать на себя вину и за самого человека, и за все последствия. Именно таким Кан Мина представляла себе взрослого.
В этом смысле начальник отдела Ли Джэхон не был ни взрослым, ни ребёнком. Для взрослого он был слишком беспечен к себе, а для ребёнка – взваливал на свои плечи непомерную, удушающую ответственность. Видя, как на протяжении всего этого пути с него ручьями стекает кровь, Кан Мина никак не могла дать ему точного определения.
Несомненным оставалось лишь одно: Ли Джэхон всегда выкладывался на пределе возможностей.
…В таком случае…
Кан Мина встретилась взглядом с нахмуренным начальником, который смотрел прямо на неё:
Что нам делать дальше?
…Что-нибудь да придумаем.
Бросив эту фразу, Ли Джэхон всё-таки отвёл глаза.
Это перекошенное недовольством лицо она часто видела на работе в компании, но сейчас оно больше не вызывало прежнего страха или чувства несправедливости. Ведь теперь она знала, что всё увиденное тогда было не более чем спектаклем. Наверное, вернись они назад, она бы больше ни на секунду не испугалась этой маски.
Но на сердце было тревожно.
Либо объединимся с людьми, которых я встретил на той стороне, либо осмотримся тут получше.
……
Лично мне… хотелось бы снова взглянуть на ту статую, что сотворила нечто с глазом нашего доктора.
Стоявший перед ними человек просто-напросто адаптировался ко всему этому аду.
Он привык к тому, что его забывают. Привык безжалостно калечить собственное тело лишь потому, что оно потом волшебным образом исцеляется, словно во сне.
«Он сказал, что это началось ещё в детстве».
Что случилось бы с самой Кан Миной, окажись она на его месте? Попади она в этот мир в самом раннем детстве, спасайся от чудовищ и выживай раз за разом там, где умри ты хоть сию секунду – никто в целом свете даже не узнает.
Я…
……
Я бы просто умерла.
В полном одиночестве, в мире, где обо мне некому вспомнить…
…Может, для начала мы встретимся с теми людьми? С полицейскими, которых встретил начальник.
……
Хотелось бы хотя бы поздороваться с ними.
Какая же это была неописуемая жуть.