Том 1. Глава 45
Ошарашенный внезапным осознанным кошмаром и сбитый с толку нелепым возведением в ранг святого, Ли Джэхон поначалу растерялся... но рассудка не потерял.
Точнее, сохранил ровно столько здравого ума, чтобы собственноручно не перечеркнуть себе дорогу в будущее.
«Чуть всё к чертям не пустил».
Он мысленно перевёл дух.
Видимо, под влиянием Изнанки кошмар оказался настолько реалистичным и омерзительно подробным, что даже после пробуждения Джэхон долго не мог прийти в себя и чуть было не полетел в пропасть.
«Потерять контроль над собой перед этим законченным параноиком
Вы только поглядите: стоило Джэхону обронить пару фраз, как этот тип уже вперился в него своими чёрными глазами.
...
«Какой же всё-таки приставучий гад».
Ли Джэхон прекрасно знал, насколько подозрителен главный герой, Чон Инхо. Порой это шло на пользу, порой выходило боком, но неоспоримым оставалось одно: эта въедливая паранойя являлась главным талантом этого ублюдка. Особенно на Изнанке, где всё держалось на силе разума.
Джэхон и без того набросал кучу сюжетных крючков и намёков, так и не объяснив их толком, из-за чего выглядел в высшей степени подозрительным типом, так что демонстрировать минутную растерянность было верхом глупости.
«Если только я не собираюсь выложить этому гаду всю правду о прошлой жизни».
Чон Инхо ни на секунду не прекращал препарировать его взглядом.
«...Так и тянет по затылку ему съездить».
Злость и впрямь закипала:
«Этот мелкий паршивец смеет подозревать меня прямо в лицо!»
Стоило начальнику вернуться с того света целым и невредимым, подчинённый обязан был кланяться в ноги и причитать: «Спасибо, благодетель!», а он совсем берега попутал.
Впрочем, волна возмущения схлынула так же быстро, как и поднялась: Ли Джэхон вовремя замял обиду.
«...Хотя понять его можно... Это вполне разумно...»
Если начальник отдела Ли, которого все уже мысленно похоронили, возвращается на своих двоих, Чон Инхо как временный лидер обязан был насторожиться. Да будь перед ним даже настоящий начальник Ли, тот всё равно оставался предельно мутной личностью.
«Я ведь сам потихоньку сплавлял ему лидерство как раз на такой случай».
Из тех, кто способен трезво мыслить, доктор отчего-то держался пассивно, сам Джэхон походил на полутруп, так что главный герой просто обязан был сохранять контроль над ситуацией.
Вот только логика и эмоции – вещи противоположные: понимать мотивы другого человека – ещё не значит полностью их разделять.
Старший специалист Кан на удивление ловко управляется с молотком. Думаю, можно взять её с собой к озеру.
Я... я согласна! Конечно, вряд ли от меня будет много толку, но всё же...
С вами нам будет намного спокойнее, спасибо. Вы ведь всегда берёте инициативу в свои руки.
...Ну надо же.
Ли Джэхона, от природы лишённого развитой эмпатии, такое слащавое поведение главного героя пробирало до мурашек своей приторностью.
Начальник Ли, вы что-то сказали?
Да нет... Живи себе на здоровье. Такой же сладкий, наивный и вечно счастливый.
А, да.
«И ведь поддакивает, зараза».
Впрочем, срываться на него не было причин.
«...Значит, пора разгребать набросанные намёки».
Ли Джэхон мысленно кивнул.
Злость злостью, но поддаваться эмоциям и терять голову означало лишь усугубить положение – это он усвоил чётко. Решив методично исправить всё, что пошло наперекосяк за время его отсутствия, Джэхон принялся выстраивать план.
Прервав короткое молчание, сидевшая у костра Кан Мина неловко заговорила:
Эм... вы как? Если пошла кровь, вам точно нужно ещё отдохнуть... Может, набрать сухой травы? Сделать что-то вроде лежанки?..
Какая же она всё-таки мягкотелая. Судя по тому, как спутники то и дело испуганно косились на него и доктора, вид человека, харкающего кровью, стал для этих птенцов настоящим потрясением.
Пора было развеять их дурные мысли:
Можно подумать, я целое ведро крови выблевал. Просто носом пошла и затекла в горло. Меня не мутит, живот не болит, так что хватит делать такие траурные лица.
...
И какой ещё отдых?.. До темноты нужно успеть запастись водой. Если невмоготу
Что? Начальник Ли, вы только что кровью захлёбывались, о чём вы говорите...
Цыц, не пререкайся. Никто не умер, чего панику развели?
В ответ Кан Мина с необычайно недовольной миной надула губы, но Ли Джэхон проигнорировал её обиду: раз уж разговор зашёл, следовало расставить всё по местам.
Он повернулся к Юн Гарам, смотревшей на него со сложной смесью сочувствия и лёгкого укора:
Так... где мы находимся? Как далеко отсюда до озера?
...От прежнего озера мы далеко. Ближе всего малый пруд... Если брать весь парк, то мы практически в самом центре. Или чуть южнее.
Ох-хо...
Ли Джэхон с каменным лицом тяжело вздохнул.
Типичные птенцы. Упал ли у них рассудок от влияния Изнанки или нет, но встать лагерем в самом центре парка... В случае нападения отсюда же хрен убежишь!
«Хотя мне, чтобы держать всё под контролем и рулить процессом, так даже удобнее...»
Оставлять эту команду без присмотра было смертельно опасно. Брат с сестрой, хоть и не сломались, стали подозрительно молчаливыми; хозяйка Юн всё чаще с заворожённым видом пялилась на деревья... Джэхон кожей чувствовал, как у спутников потихоньку начинает ехать крыша, и от этого мороз драл по коже.
Ему нужно было распутать этот клубок проблем. Хотя бы ради того, чтобы дожить до момента, когда удастся добраться до больницы за нормальным лечением.
«Для начала...»
Первым делом следовало успокоить людей, запаниковавших во время его отключки.
Он намеренно придал лицу сконфуженное выражение. Украдкой окинув спутников взглядом, Джэхон неловко, но сдержанно спросил:
...Кто меня тащил?
Эм... Ёнсок. Сам вызвался...
Вот как?
Ли Джэхон слегка поморщился – не от раздражения, а с видом человека, которому до жути неловко и стыдно. При этом он отвёл глаза, старательно изображая, будто гордость не позволяет ему признать свою слабость.
Внезапно названный по имени Но Ёнсок с побелевшим лицом уставился на начальника. Поймав его взгляд, Джэхон тихо вздохнул, отчего плечи стажёра испуганно дрогнули.
И прежде чем парень успел впасть в панику, Ли Джэхон произнёс:
...Спасибо.
...Ч-что?
Спасибо, говорю.
И с досадой цокнул языком.
По законам выстроенного им образа начальник Ли не мог долго разводить сантименты с подчинённым. Он нарочито грубо сменил тему:
А у него чё с рожей? Вы за вечер стажёра голодом заморили, что ли?
...А? Да вы что, нет конечно! То есть... его тошнило, так что он сам не ел...
Значит, заморили. Специалист Кан, ты куда смотрела?
Он язвительно поддел Кан Мину, и стажёр Но Ёнсок выдал именно ту реакцию, на которую Джэхон и рассчитывал: перепугался и принялся отчаянно мотать головой:
Н-нет, нет! Это не так! Специалист Кан очень обо мне заботилась, просто я сам!..
Да понял я, понял. Пошутить уже нельзя?
...А... п-простите... то есть, эм?..
Лицо стажёра густо залилось краской, но он продолжал украдкой поглядывать на Кан Мину, напоминая провинившегося щенка, который набедокурил и теперь ждёт реакции хозяйки.
Ли Джэхону стоило немалых трудов сохранить невозмутимый вид.
«Хоть бы не так явно сох по ней, придурок».
О том, что стажёр Но влюблён в Кан Мину, в отделе планирования не знал только слепой. И то, как он даже на грани помешательства продолжал ловить каждый её взгляд, говорило о многом. Вот уж влюблённые идиоты.
«Впрочем, ради этого я их и поддел».
Стоило в шутку отчитать девушку, как стажёр бросился её защищать, а затем сгорел от стыда за собственную пылкость, мучаясь вопросом: «Что она теперь обо мне подумает?»
Говорят, от любви лекарств нет, но верно и обратное: лучшего антидепрессанта в природе не существует. Чем сильнее чувства, тем проще воспринимать окружающий ад как совместное испытание. Конечно, если чувств нет, выйдет конфуз, но в их случае сомневаться не приходилось.
С-специалист Кан... Простите, если вам было неловко...
Да брось, за что ты извиняешься? Начальник Ли просто пошутил.
П-понял.
Потирая губы, Ли Джэхон медленно сморгнул.
«Он ради неё под смерть полез, куда уж глубже».
До регрессии, перед тем как тинный монстр прикончил самого Джэхона, первой погибла Кан Мина, а следом за ней – Но Ёнсок. Он стоял поодаль, тварь двигалась медленно, и парень мог спастись, но его труп нашли вбитым в ствол дерева в чудовищном состоянии.
«Монстр среагировал на вспышку чистой ненависти».
Увидев гибель любимой, стажёр обезумел и бросился на чудовище с голыми руками – оттого так жутко и погиб.
Расчёт Джэхона оправдался: к Но Ёнсоку вернулся румянец, а Кан Мина лишь слегка смутилась.
«Значит, ей это не противно».
Он мысленно цокнул языком.
Парень пришёл на стажировку по университетской программе, разница в возрасте и статусе мешала, но в обычной обстановке он бы уже трижды признался ей в любви. Благодаря этой романтической искре атмосфера в группе заметно оживилась.
Он спокойно оценил состояние людей.
«Траурную обстановку разогнал».
Не нужно быть провидцем, чтобы понять: после его похищения моральный дух группы пробил дно. А учитывая, что едва вернувшись, он рухнул без памяти, всеобщее оцепенение было вполне закономерным.
«Хорошо, что вовремя удалось всех встряхнуть».
Но всё же...
...
По уму, сейчас следовало бы рассказать собственную историю: как его утащила тварь, что произошло, как он выбрался и что происходило со спутниками в это время. Для грамотного планирования требовалось сопоставить факты.
Ого... Я слышала слухи, будто вы флиртуете, но чтоб настолько!..
Ёнхи-сси, какой флирт! Мы с Ёнсоком просто...
...Да какой там флирт. Отправишь их распечатать пару страниц, а они возвращаются, словно в розовом тумане...
Ну начальник Ли!..
Будь они в офисе, Джэхон бы устроил разнос за фамильярное обращение к руководству, но раз уж жертва юношеской невинности пошла на пользу общему делу, он решил спустить это с рук.
Глядя на сияющую Квон Ёнхи и замученного её подколками стажёра, Ли Джэхон подумал:
«Сейчас не лучший момент для серьёзных разговоров».
Незачем было снова сгущать тучи.
Видя, как несколько брошенных фраз подняли людям настроение, прежний отчуждённый начальник испытал странное чувство.
Строго говоря, совать нос в чужую личную жизнь – верх бестактности. Начальник-тиран никогда не водил с подчинёнными дружбу, и обсуждать служебный роман было дурным тоном. В реальности за такое возненавидели бы, но на Изнанке, благодаря его изменённому поведению, это сработало как спасительная разрядка.
Честно говоря, к счастью, между ними успело возникнуть достаточное доверие, чтобы эти шутки не восприняли в штыки.
«Иначе такой номер бы не прошёл».
Оказавшись в центре внимания, Кан Мина смущённо протянула:
...Начальник Ли, не дразните стажёра...
А чё я-то?
Ли Джэхон криво усмехнулся: отчасти ради поддержания непринуждённости, отчасти потому, что потуги этих недорослей строить любовный роман посреди апокалипсиса выглядели уморительно. Да и видеть живой Кан Мину, которая по канону должна была сгнить в коридорах офиса, было приятно...
...
Впрочем, один раз она уже умирала.
Он вспомнил, как на его глазах погибли двое подчинённых. Видеть гибель знакомых для Ли Джэхона из прошлой жизни было обыденностью. Правда, в том мире люди воскресали, а здесь смерть была окончательной.
«...И всё же».
Джэхон повернулся к главному герою:
Чё уставился?
...Прошу прощения.
...Зам Чон, захворал, что ли?
Он намеренно вложил в голос нотки грубоватой заботы, и лицо Чон Инхо странно дрогнуло: видимо, когда человек, которого ты втайне подозреваешь, искренне интересуется твоим здоровьем, совесть начинает больно покалывать.
К тому же намёки, которые Джэхон щедро раскидывал всё это время, наверняка окончательно запутали парня.
Если плохо
...Не вам бы об этом говорить, начальник Ли.
Ты чё опять нарываешься?
Джэхон скомкал перепалку, внутренне торжествуя:
«Пора закрывать гештальты».
Сегодня он намеревался свести воедино все разбросанные сюжетные нити. По легенде Ли Джэхон был выжившим с Изнанки. Доктор Ха Сонъюн наверняка уже поделился этой мыслью с Чон Инхо, так что оставалось лишь договорить с героем прерванный вчера разговор и закрепить эту версию.
Тогда все его боевые навыки, выносливость и странности спишут на опыт ветерана Изнанки, что развяжет ему руки на будущее.
Но...
«Этого мало».
«Нужно использовать информацию из прошлого цикла».
Я сам знаю, когда мне отдыхать, не нужно меня понукать, менеджер Чон. Ясно?
Доверия ваши слова не вызывают. Судя по тому, что вы только что заявили Кан Мине-сси, вы совершенно не отдаёте себе отчёта в абсурдности собственных речей.
Совсем страх потерял? Уволить тебя, что ли, к чёртовой матери, прямо здесь...
Не переводите стрелки, начальник Ли. Жаль, зеркала нет показать, но вы на себя не похожи! Вы же с копыт сейчас свалитесь!
Ты мне дерзить вздумал?!
Ли Джэхон потёр губы.
Он собственной шкурой выстрадал эти знания в прошлом цикле, и хоронить их из-за дурацкой игры в благородство было верхом расточительства. Даже если по легенде он «ничего не помнит до регрессии», ценные сведения нужно пустить в оборот.
Но для этого требовалось сначала навести порядок в подозрительной голове главного героя.
«Только когда текущий образ закрепится, я смогу подкинуть следующую наживку... и под этим соусом использовать знания из прошлого цикла».
У любой тайны есть идеальный момент для раскрытия.
...В общем, пора шевелиться.
Отвернувшись от Чон Инхо, Ли Джэхон посмотрел в небо.
Чтобы обеспечить алиби себе будущему, он предпочёл прикусить язык.