Том 1. Глава 72
Поймав взгляд Ли Джэхона, старший специалист Кан замялась и нерешительно протянула:
Но вы ведь только-только пришли в себя...
Я сам решаю, как распоряжаться собственным телом, чего ты вечно недовольна?
...Подождите секунду, я сейчас соберусь.
Слова не разошлись с делом: она тут же подхватила лежавший рядом молоток. Для офисного клерка, отродясь не державшего в руках тяжёлый инструмент, привыкнуть к нему должно было быть непросто, но молоток лёг в её пальцы как влитой.
Заметив, как за делами разгладилось её лицо, Ли Джэхон мысленно прищурился:
«...Я и раньше замечал, что старший специалист Кан Мина на удивление...»
...выбивалась из общей массы обывателей.
В романе она мгновенно погибла в самом начале, поэтому он не обратил на неё особого внимания, но выжившая вопреки судьбе Кан Мина мыслила не совсем так, как рядовой человек.
Нет, она по-прежнему оставалась робкой, а её неуместное любопытство сулило проблемы, но время от времени от неё веяло странным дежавю – точно такое же выражение мелькнуло на её лице после схватки с тинным монстром.
Начальник Ли, простите за назойливость, но вы точно пойдёте? Прямо точно?..
...Ты помнишь, что я ходил с вами до того, как свалиться в сон? Если я тогда двигался, с чего бы мне сейчас лежать пластом?
Но...
Кан Мина насупилась с крайне недовольной миной, но Ли Джэхон отмахнулся:
Всё, хватит. Пошли. Никто не умер, я просто долго спал, чего раздувать?
Разве в этом не главная проблема?..
Ты куда это лезешь, стажёр, когда начальство говорит?!
П-простите?..
«Поглядите на него: встрял, лишь бы заступиться за свою зазнобу!»
Лицо Джэхона скривилось. Чтобы укрепить хрупкий рассудок парня, поддразнивание было полезным, но сейчас эти любовные гляделки посреди симулятора выживания откровенно резали глаз.
«И всё же взять с собой Кан Мину стоит».
Чем быстрее он разберётся в её странностях, тем лучше: нужно сокращать количество слепых зон в плане.
...Мы не сразу пойдём к малому пруду, так что вещи оставьте здесь.
А куда тогда?..
Наберём веток и сначала смастерим ловушку на рыбу.
Рыбу...
Хоть что-то да поймаем.
В конце концов, брюхо набивать чем-то надо.
Начальник Ли, мне тут послышалась какая-то ерунда,
Да твою ж мать...
Куда это вы, говорите, собрались?
✕-✕-✕-
Пусть парк и считался относительно безопасным местом, чудовищ здесь хватало: просто местные твари вели себя смирнее, чем городская нечисть в замкнутых руинах.
...Этого добра должно хватить.
Из этих палок можно сделать ловушку?
Точнее, вершу, но суть та же.
Основных монстров парка можно было разделить на четыре типа по их ареалу обитания.
Первый – тинный монстр в большом озере справа от главных ворот. Финальный босс парка, который в начале книги обычно не проявлял активности.
В романе группа Инхо тоже вошла через ворота, но они не истекали кровью и не встали лагерем у воды, поэтому избежали встречи. А в этом цикле Джэхон сам напросился на схватку ради тестов, оттого тинная тварь и атаковала их в первый же день.
Сейчас стоянка перенесена подальше от озера, так что босс их не трогал.
Пока ходили за водой, никто на вас не бросался?
Эм... если подумать, сейчас всё тихо. Иногда лианы подползают, но мы с ними сами справляемся...
Надо же, вы тоже способны эволюционировать. Начальник горд вами.
...Простите...
...Я чё, матом вас покрыл?
Большинство чудовищ днём не покидали своих секторов. Ночью они выходили на охоту, но при свете дня тинный босс не высовывался из воды. Центр парка не входил ни в один из охотничьих ареалов, поэтому считался островком относительного спокойствия.
Чего нельзя было сказать о втором лагере выживших.
«Возле беседки как раз кишат собачьи химеры».
Те самые тряпичные псы, напугавшие Квон Ёнхи, были вторым ключевым видом.
Эти псины больше не показывались?
Подумала, вы ругаетесь... Нет, больше не приходили. Даже пока вы... спали, начальник Ли.
Повезло, что меня не сгрызли во сне.
...
...Шучу я.
Разве такими вещами шутят?..
В книге после объединения лагерей группа регулярно отбивалась от собачьих стай: у беседки их гнездилось немерено.
Третьим видом была...
«Многоножка с цветочной поляны».
Тварь, заглатывающая человека целиком, тронь он хоть один лепесток.
В романе доктор погиб в прологе, и медициной заведовала старушка с народными рецептами, утверждавшая, что на той поляне полно лечебных трав.
Начальник Ли, прекратите нести чушь и займитесь делом.
Твою ж мать, испугали! Вы когда подойти успели, доктор?
Как раз к началу вашего бреда. Я терплю эту самодеятельность лишь потому, что плести ловушки умеете только вы. Но посмотрим, как вы запоёте, когда закончите.
Тяжка жизнь...
Сами себе проблемы создаёте и удивляетесь...
Будто я от хорошей жизни в грязи ковыряюсь!
Сейчас доктор жив и знает дорогу к своей клинике, а в романе выжившие блуждали вслепую. Из-за этого отряд по наводке старушки сунулся на поляну за травами, и трое людей были заживо сожраны многоножкой.
«Рекордная по скорости гибель».
Трав там так и не добыли, а целебные ягоды случайно обнаружили возле малого пруда – самого удобного места для сбора ресурсов.
Вот только и там таилась угроза:
«Водяной змей».
Четвёртый, последний ключевой монстр парка.
...
Вообще-то я категорически против ваших прогулок к пруду. Знали бы вы, как мне хочется одолжить наручники у того следователя и приковать вас к бревну.
...Доктор... вы чего такие жуткие вещи вслух говорите?
Будь мы в моей клинике, я бы вас и на шаг от койки не отпустил. Плевать на субординацию. Я позволяю вам эту вылазку лишь из-за чрезвычайных обстоятельств, но знайте: случись что
...
Только попробуйте снова покалечиться. Свалитесь опять в трёхдневную кому или начнёте харкать кровью
...Приму к сведению.
Почему только «к сведению»?!
Ли Джэхон отвёл взгляд, сделав вид, будто не слышит.
Название «водяной змей» звучало грозно, но эта тварь была куда безобиднее остальных трёх и в романе никого не убила.
Тинный босс выпивал кровь без остатка, собачьи химеры доводили до безумия удушающей лаской, а многоножка заглатывала заживо за сорванный бутон – с ними любая встреча стоила дорого.
«А вот змей у малого пруда
Он соблюдал строгий нейтралитет: ни на кого не бросался и ни за кем не гнался. По шкале опасности монстры шли так: тинный босс, многоножка, химеры и, наконец, змей.
...Вам действительно необходимо идти?
Вы мне настолько не доверяете?
Врачи вообще с трудом верят пациентам на слово, увы.
...
Особенно таким упрямым и непослушным...
Ну уж простите, какой есть.
При встрече со змеем следовало помнить лишь одно правило:
«Чёткая цель в голове».
Монстр обладал даром гипнотического внушения. Змей не рвал плоть и не проливал кровь, но вошёл в четвёрку опаснейших боссов парка из-за своего манящего очарования: попавший под морок человек проникался к твари безумной, алчной жадностью.
Дядя, а на дне пруда галька блестит!
Ну да.
Может, это драгоценные камни? Давайте наберём полные карманы перед побегом, сразу разбогатеем!
...Надеюсь, это шутка, но за коммерческую жилку хвалю, Даён.
То есть вы меня похвалили?
...Будем считать, что да.
Змей выглядел грациозно, но оставался порождением Изнанки, вызывая подспудную жуть. Под мороком же отвращение отключалось начисто, уступая место слепому обожанию.
Будь он агрессивным – растерзал бы зачарованного глупца на месте, а будь ласковым – вынес бы на берег. Но змей держал нейтралитет: он просто плавал кругами, уворачиваясь от алчных рук, пока зачарованный человек не захлёбывался в погоне за призрачным сокровищем. При этом сбежать от него не составляло труда.
Чтобы не попасть под гипноз, следовало идти к воде с одной конкретной, прагматичной целью: когда человек сфокусирован лишь на добыче рыбы, иллюзия бессильна.
...
Конечно, воспоминания могли подвести:
«Как же неудобно читать книги от первого лица!»
В романе всё подавалось через призму восприятия Чон Инхо, и теперь каждую строчку приходилось перепроверять на собственной шкуре.
Ли Джэхон перебрал прутья разной толщины и проверил найденную бечёвку:
Из пластиковых бутылок вершу делать проще всего...
Принести? У нас есть пустые, могу ещё набрать.
Обойдёмся. Без ножа резать пластик
Была бы тонкая леска – поставил бы силки на дичь, но ловушка на рыбу оставалась самым безопасным вариантом.
Сплетая тонкие ветви бечёвкой, Ли Джэхон продолжил:
Суть верши проста: рыба должна легко заплывать внутрь, но не находить обратного выхода.
Старший специалист Кан Мина посмотрела на него со сложным выражением лица:
Вы рассуждаете как заправский выживальщик...
...Кан Мина, ты племянников на речку хоть раз возила?
А... нет?
Знаешь, что дети орут при виде рыбы? «Дядя, поймай!» Так что опытнее меня здесь никого нет.
А-а...
Не обращая внимания на её странную жалость, Джэхон свернул плетёнку конусом, соорудив два каркаса – длинный внешний и короткий внутренний. Заглушив тупой конец внешнего конуса лианами, он вставил внутрь малый конус с узким сквозным отверстием.
Намертво стянув горловины бечёвкой, Ли Джэхон выдохнул:
Вуаля, готово.
О-о-о!..
Круть!
Хлоп-хлоп-хлоп.
Зрители зааплодировали. Школьники хлопали громче всех, разглядывая самодельную ловушку как восьмое чудо света.
Окинув вершу усталым взглядом, Ли Джэхон произнёс:
Сплести-то я сплёл... но с наживкой беда. Без приманки рыба внутрь вряд ли полезет.
Наловить червей?
Ловлю на слове, зам Чон. Найди червяков или жирных личинок.
...Личинок?
Я думал ягоды бросить, но на червя точно надёжнее.
При слове «личинки» лицо заместителя Чона побелело – видать, в памяти всплыл мерзкий вкус сырых гусениц из прошлого цикла. Джэхон с наслаждением сделал вид, будто ничего не заметил: душевный бальзам на раны!
Он невозмутимо добавил:
Мелочь на опарыша клюёт, крупная рыба
...То есть... мне их руками ловить?
Можно и пустую поставить, но тогда шанс остаться голодным стремится к максимуму.
...
Я раненый, так что будь добр, зам Чон, сходи и накопай. Лады?
Заместитель Чон потёр виски и, признав неизбежное, обречённо кивнул:
Х-хорошо... Я видел личинок под корой.
...Пойти... с вами?
...
Глядя на побледневшую девушку, Инхо на миг завис: было очевидно, что она вызвалась из вежливости и сама дрожит от омерзения.
Он покачал головой:
...Не стоит.
Ой.
Вы так искренне обрадовались, что мне даже обидно... Но на улице светло, я сам управлюсь.
Я-я не радовалась! Вы неправильно поняли!
Конечно-конечно...
Отвесив коллеге порцию беззлобной иронии, зам Чон скрылся в зарослях. Спутники проводили его сочувственными взглядами, а Джэхон мысленно посмеивался:
«Будто без меня вы бы этих жуков сырыми не жрали...»
В книге они только червями и питались: в панике о нормальной охоте никто не думал, глотали всё, в чём есть белок.
Отметив эту разницу, Ли Джэхон повернулся к цветочнице:
Кстати, хозяйка Юн.
А... да! Слушаю вас.
В обычном парке... рыба в малом пруду каких размеров водилась, помните?
Размеров?
Эта верша рассчитана на крупную рыбу.
Конструкция получилась размером с мужской торс: крупная рыба застрянет, а вот мелкая плотва свободно проскочит сквозь прутья.
В романе рыба описывалась крупной, но перестраховаться не мешало:
«Сказано было, что её ели двумя руками... но мало ли, может, это они от голода мелкую рыбёшку в две руки хватали».
Если рыба окажется мелочью, вершу придётся выбросить – змея ею всё равно не поймаешь.
Юн Гарам замотала головой:
Нет-нет, всё в порядке! Там плавали крупные карпы кои... Мелочь тоже была, но в основном рыба крупная, насколько я помню.
Отлично.
Действительно гора с плеч:
«Я на эту корзину полдня угробил».
Солнце клонилось к закату. Зам Чон не дурак, вернётся засветло, но...
Глядя на ловушку, Джэхон пробормотал:
...Поставить её нужно в сумерках.
...Что?
На ночь многие рыбы ищут укрытие от хищников и забиваются в щели. В том числе и в ловушки.
Обычный защитный инстинкт: дневная рыба прячется в темноте, ночная – выходит на кормёжку.
К тому же мы давно не ели нормального мяса. Думаете, закинул ловушку и рыба сама выпрыгнет? Тут терпение нужно.
...
Сотрудница Квон, подумай сама: завтра снова сосать это водянистое желе? Не соскучилась по нормальной твёрдой пище?
...Яблоки тоже вкусные...
Серьёзно? Неужели не захочется запечённой на углях рыбки... с золотистой корочкой, с которой капает жир?..
А-а-а, прекратите, начальник Ли!
Не выдержав гастрономических пыток, девушка рухнула на землю. Ещё бы: за столько дней на Изнанке от одного слова «мясо» слюнки текли ручьём.
Возле их сеульского офиса полно ресторанов, а отдел маркетинга славился частыми попойками и застольями, так что желудок у Квон Ёнхи был приучен к хорошей еде. Посидев на голодном пайке и воде, а затем перекусив сладкими фруктами, она неизбежно вспомнила о настоящем сытном ужине.
Она заколотила кулаками по траве:
Ы-ы-ы! Я и так о жареных потрошках с утра до вечера мечтаю... а вы издеваетесь!..
...
А-а-а, хочу мяса! Завернуть горячий самгёпсаль с чесноком и соусом самдян в лист салата и в рот!..
Признаться, Ли Джэхон нарочно раздразнил её ради этой сочной реакции:
«Забавная соплячка».
Довольно ухмыльнувшись, он продолжил:
Я не издеваюсь, я лишь освежаю приятные воспоминания. А помнишь тот ресторанчик с пудэччиге[¹] в переулке?..
А-а-а, я ничего не слышу! Не слышу!
Тонкая мраморная говядина... острый малатанг[²]...
А-а-а-а-а-а-а-а!
Примечания:
[1] Пудэччиге (부대찌개 / Budae-jjigae) — популярное корейское острое густое рагу («армейская похлёбка»), появившееся после Корейской войны, в состав которого входят ветчина, сосиски, лапша рамён, тофу, кимчи и острый соус кочхуджан.
[2] Малатанг (마라탕 / Malatang) — популярный в Южной Корее острый пряный суп сычуаньского происхождения с добавлением сычуаньского перца, мяса, овощей и лапши, вызывающий онемение во рту.