Том 1. Глава 85
Пахло не нами.
Имелось ли в виду буквально «они почуяли не наш запах» или же это была банальная попытка переложить ответственность в духе «мы тут ни при чём», но от слов о том, что проблема возникла не из-за них, группа немного расслабилась.
Один из мужчин, защищавших беседку снаружи плечом к плечу с детективом и пожарным, нахмурился и проворчал:
Выходит, это какие-то другие уроды накосячили? Ну не суки ли, а?
Эй, эй, ты чего опять на рожон лезешь?
В смысле «лезешь»?.. Сами же сказали, что тут есть ещё выжившие. Наверняка эти твари из-за них сюда и припёрлись!
Да с чего ты взял, что это обязательно люди виноваты?
Да тут к гадалке не ходи, всё же очевидно...
Тон парня был ленивым и тягучим, однако сочащееся из каждого слова раздражение трудно было не заметить. Девушка, назвавшаяся его подругой, потёрла шею и тяжело вздохнула:
Правда это или нет, я тебе говорю: заткнись и не устраивай цирк при всех, дебил.
Согласен, я тебе давно говорю: прикрути-ка ты свой характер,
Получив отпор сразу от двоих друзей, вспыльчивый парень лишь со скрежетом стиснул зубы и плюхнулся рядом с ними на пол.
Движения его были такими же ленивыми, как и манера речи.
...Ну и мрази. Друг, считай, с того света вернулся, а они даже слова доброго сказать не могут.
Да тебя вообще прибить мало, ублюдок,
Наша Чанхва дело говорит, дружище. Молчание тебе к лицу, ты тогда прямо прекрасен,
Ты бы тоже хлебало завалил за компанию.
С чего бы вдруг?
Назвавшиеся однокурсниками по университету, они в подтверждение своей дружбы принялись шутливо мутузить друг друга кулаками. Удары постепенно становились всё увесистее, но детектив Хон Кёнджун предпочёл не вмешиваться.
...
Он лишь молча наблюдал за этой перепалкой. Трое студентов, кроющих друг друга матом, – на редкость обыденная, мирная картина.
Переведя взгляд, детектив обратился к представившемуся пожарным Хан Доюну:
Вы уверены, что их внимание было приковано к чему-то другому?
...А, да. Точно так.
Несмотря на обстановку, Хан Доюн по привычке улыбнулся и кивнул:
Казалось, будто у них на уме было что-то совсем другое. Да и отступили они после пары ударов... Словно говорили: «Не пускаете? Ну и ладно, у нас есть запасной план!».
Значит, их целью всё-таки были люди.
...Похоже на то,
Пожарный всё так же с улыбкой пожал плечами и замолчал. Всем своим видом он показывал, что продолжать разговор не желает, но детектив не стал настаивать.
«От ран и шока мысли путаются, лучше дать ему отдохнуть».
Затем он повернулся к патрульной Ким Ёну:
Ёну-сси.
Да, детектив.
...По поводу того Ли Джэхон-сси, о котором вы рассказывали.
А... да-да, слушаю.
По правде говоря, детектив Хон Кёнджун так и не признался ей, что лично виделся с Ли Джэхоном несколько дней назад.
Патрульная Ким Ёну прекрасно осознавала пределы своих возможностей, однако из-за врождённого обострённого чувства долга и сострадания она не могла перестать переживать. Девушка и без того изводила себя из-за того, что отпустила тяжелораненого пациента одного, а состояние Ли Джэхона при недавней встрече выглядело настолько скверным, что детектив решил лишний раз её не тревожить.
Проглотив эти мысли, Хон Кёнджун продолжил:
Я уже говорил вам, что группа, на которую я наткнулся, похоже, принадлежит к его отряду.
Да, всё верно.
Похоже... у них стряслась какая-то беда.
...Что?
Детектив Хон Кёнджун тихо постучал пальцами по бедру. Перед его мысленным взором мгновенно вспыхнуло то далёкое зарево – пламя полыхало в той части парка, куда они сами ещё ни разу не заглядывали.
Моргнув, он произнёс:
Мне нужно сходить проверить.
Слишком многое требовалось выяснить.
Детектив Хон Кёнджун от природы обладал феноменальной памятью и, желал он того или нет, держал в голове колоссальные объёмы информации. После попадания в этот мир его обсессивная привычка всё подмечать и запоминать лишь обострилась.
И если уж он насторожился по поводу однажды встреченного человека, на то были более чем веские причины.
«Как его... Чон Инхо, кажется?»
Хон Кёнджун вспомнил парня, которого видел ранее.
Круглые очки, кроткое и добросовестное лицо, но за этой внешностью пряталось нечто отталкивающее и тревожное. Впрочем, детектив, который сам тайком выслеживал чужой отряд и выуживал личные данные из осторожности, вряд ли имел право его судить.
Для поверхностного суждения по первой встрече это могло показаться перебором, но в той группе подозрительных типов хватало с избытком. И встреченный несколько дней назад Ли Джэхон явно принадлежал к той же породе.
Хотя полной копией он всё же не выглядел.
...Куда вы собрались?.. Нет, помочь людям — заволновалась патрульная Ким.
Я возьму с собой пару человек из тех, кто согласится добровольно. А вам, Ёну-сси, лучше остаться здесь и присмотреть за остальными.
М-м-м...
К тому же, как сказала эта женщина, там бродят двое, которых нужно спасти.
Э-это так, но...
Патрульная Ким в замешательстве перевела взгляд на женщину, которая замерла, уткнувшись лицом в спящего малыша, а детектив Хон вернулся к своим мыслям:
«Он ведь харкал кровью».
Кровавая рвота не возникает на пустом месте. Тот человек выблевал чуть ли не целую бутылку крови, его состояние должно было быть критическим, и всё же он поразительно хладнокровно держал лицо.
Хон Кёнджун испытывал к нему смешанное чувство глухого отторжения и жалости. Ли Джэхон не был заурядным обывателем и уж точно не был в здравом уме. Нехорошо так думать о едва знакомом человеке, но единственный типаж, с которым детектив мог его сравнить, он в последний раз видел за тюремной решёткой.
Очевидный объект для слежки и предосторожности, но всё же...
Нужно проверить,
...Что именно?
Кто они такие на самом деле.
Перехватив деревянный брус, он повёл глазами и добавил:
И... если мы можем помочь, мы обязаны это сделать.
Высшая мера наказания для живого человека всегда должна оставаться прерогативой закона. А значит, даже в этом проклятом мире нельзя было просто так бросать людей на верную смерть.
✕-✕-✕-
П-простите меня, ребята...
Кан Мина подавленно пролепетала:
Я сама потащила вас за собой, а теперь мы ещё и заблудились...
Д-да вы что, бросьте!.. Главное ведь, что мы от тех монстров убежали!
Да-да, всё в порядке, — Наоборот, спасибо, что защитили нас.
В панике утащив за собой школьников, Кан Мина осталась без единого источника огня – своей зажигалки у неё не было. Спасло лишь то, что она машинально прихватила молоток, которым отбивалась от подбиравшихся тварей по дороге.
Вот только куда идти дальше, она понятия не имела.
Если бы с нами была онни Гарам, мы бы нашли дорогу...
М-да...
Ой, н-нет!.. Я вовсе не вас виню, честно, всё правда хорошо!
Единственным утешением было то, что где-то вдалеке полыхал пожар, разгоняя кромешную тьму. Свет был слабым, и глазам потребовалось немало времени, чтобы привыкнуть к полумраку, но это было в сто раз лучше, чем бродить вслепую в чернильной черноте.
Откуда взялся этот огонь, они не знали, да и у беглецов, только что чудом спасшихся от погони, не оставалось сил ломать над этим голову. Они просто радовались хоть какому-то обзору.
Кан Мина озиралась по сторонам, делая неуверенные шаги:
Д-давайте пока... где-нибудь спрячемся. Подождём, остальные обязательно нас найдут.
Как и рассчитывал Ли Джэхон, Кан Мина не собиралась уходить далеко. Оказаться отрезанной от группы уже было тяжким бременем, а тащить двоих детей в неизвестность было бы верхом безумия.
Пока Кан Мина, с содроганием вспоминая собакоголовых тварей, высматривала подходящее дерево, раздался робкий голос школьницы Пак Даён:
А с дяденькой всё будет хорошо?.. Я... я видела, как он кровью харкал...
...
...С ним ведь правда всё будет в порядке?
Эм...
Кан Мина не нашлась что ответить.
Точнее, слова застряли в горле.
«Да как тут может быть всё в порядке?..»
Кан Мина прекрасно видела состояние начальника Ли Джэхона.
Он изо всех сил делал вид, что всё в норме и он в полном порядке, но не мог скрыть невольных промашек. Когда начальник Ли припадал на искалеченную ногу, Кан Мина почему-то не могла на это смотреть и отводила взгляд.
И с каждым разом он становился всё менее похож на прежнего «начальника Ли».
...Давайте делать то, что в наших силах,
...Да.
Так и начальнику Ли будет спокойнее.
Тот человек, которого они знали в офисе, не был настолько безумен.
Главное, чтобы больше никто не пострадал.
В душу закралось смятение.
Прежний начальник Ли никогда не отличался такой физической силой, обожал дорогущие вещи и постоянно хвастался ими перед подчинёнными под видом небрежных мелочей. В этом аду он не должен был вести себя столь невозмутимо.
Они думали, что даже на волосок от смерти он будет трястись за свой авторитет. Что станет капризничать и жаловаться на невыносимые условия, а при виде чудовищ побежит впереди всех, спасая собственную шкуру. В мирное время о нём думали именно так.
Начальник Ли ведь всегда вёл себя так, словно он птица высокого полёта. Считал, что у него есть одни права и никаких обязанностей, и никто не смел перечить его воле. Потому-то он частенько завуалированно цапался с заместителем Чон Инхо – из-за уязвлённого самолюбия, будто тот посягнул на его авторитет.
Но в глазах обычных клерков человек уровня начальника Ли и впрямь принадлежал к высшей касте, и оттого текущая картина выглядела до нелепости парадоксальной: этот напыщенный барин жертвовал собой ради них и калечился больше всех.
От этих мыслей стало тревожно.
...С ним всё будет хорошо,
Потому что перед глазами всплыла та чёрная ночь, когда Чон Инхо вернулся в лагерь один.
Всё... всё обойдётся.
Тот остекленевший, мертвенный взгляд зама Чона и его пустые, безжизненные слова оставили в душе глубокий след. Обычной девушке было тяжело вынести это тягостное предчувствие, и прошлая тревога вновь накрыла её с головой.
«Что, если кто-то умрёт?..»
Он ведь и раньше... вот так же спас меня.
...
Мы все выбрались живыми. Начальник Ли тогда тоже пострадал, но... никто не погиб.
Онни?..
Всё правда будет хорошо, ребята.
Если кто-то из них погибнет...
Если начальник Ли, который всё это время отчаянно цеплялся за жизнь и защищал их, погибнет там, где она не увидит... Если его утащат монстры, как в ту страшную ночь, и он больше никогда не вернётся...
Что тогда делать?
Никто не умрёт,
...
Ни единая душа.
«Но что я могу сделать?..»
«Я ведь не храбрая, не сильная и не быстрая... Как я могу помочь? Чем?..»
...Так что не переживайте так сильно.
...Мы в порядке, нуна,
Да, я тоже в норме. Правда.
Говоря это вслух, Кан Мина с горечью думала:
«Мой предел
Она была человеком, способным встать на защиту других лишь тогда, когда её саму припрут к краю обрыва. Что вообще может сделать такая трусиха? Зачем она прибежала сюда, возомнив, будто способна на что-то?
Подавляя подступающую к горлу тошноту, Кан Мина подозвала подростков:
Э-это дерево... вроде бы подойдёт.
...Дерево?
Псы ведь быстрые... Не знаю, собаки ли они вообще, но на дереве должно быть безопаснее, так? Или нет?.. Простите, я не уверена. Я сама ничего не знаю... Ничегошеньки не знаю...
...
...Я помогу вам забраться, посидите там, хорошо?
Её голос предательски дрожал.
Подросткам не потребовалось много времени, чтобы согласиться и кивнуть.
Первым полез Пак Дахун. Кан Мина подставила сложенные замком ладони, парень ловко подтянулся, взобрался на толстую ветку и протянул руку сестре.
Ухватившись за руку брата и опираясь на снизу подталкивающую её Кан Мину, Пак Даён без труда вскарабкалась следом. Пусть она была не такой миниатюрной, как Квон Ёнхи, но всё же достаточно хрупкой, к счастью.
Правда, Дахун неловко схватил сестру и прищемил ей кожу, из-за чего они тут же сцепились:
...Ты, урод мелкий!.. Тяни нормально! Ай, больно, кожу защемил!
Блин... Сказал же, худей, свинья жирная!..
На себя посмотри! Я видела, ты сам килограмма три нажрал, придурок!
Не пизди, какие три кило?! Там и двух с половиной не наберётся!
Да ты сам это помнишь, неудачник жалкий! Всё, ты слился, признай!
«...Ну и языки у нынешней молодёжи».
Поймав себя на этой старческой мысли, Кан Мина слабо улыбнулась, но тут же замерла от сухого шороха неподалёку и шикнула на переругивающихся ребят:
С-сидите там!.. Не спускайтесь! Настанет утро
А, да!.. Хорошо, поняли!
А вы, нуна?
Я... я сейчас, секунду...
Она повернула голову...
...
...
...Начальник Ли?
Впереди показался силуэт начальника Ли Джэхона.
Начальник Ли...
Имя само сорвалось с её губ.
Его лицо, повёрнутое в профиль – словно он ещё не заметил её, – и знакомый запах крови, ударивший в нос. При виде начальника Ли, стоящего посреди зарослей, у Кан Мины перехватило дыхание.
«Он жив».
«Он жив!»
...Что? Дяденька?
Онни, стойте...
Начальник Ли!
Отбросив все мысли, Кан Мина бросилась к нему.
«Он жив».
«Жив!»
Жив! Не погиб, они все спаслись! Так и должно быть! Этот человек не мог просто так умереть! Наверное, остальные тоже где-то рядом... А, он пришёл за нами? Неужели?
Тонкие ветви хлестали её по щекам и ногам, оставляя жгучие царапины, но ей было всё равно. Какая разница! Главное – она нашла своего человека!
Едва она упёрлась рукой в ствол дерева и потянулась к нему...
Специалист Кан.
...
...Кан Мина.
...прямо у неё за спиной...
...раздался голос.
...
Она почувствовала, как тяжёлая ладонь накрыла её пальцы, упиравшиеся в кору.
Ледяные пальцы и обжигающе горячая ладонь, залитая кровью, намертво прижали её руку к стволу. Вторая окровавленная рука легла ей на плечо, пропитывая ткань багрянцем.
От этого жуткого, чужеродного прикосновения Кан Мина оцепенела.
...
Кан Мина-сси, ты должна смотреть на меня.
...А...
Запрокинув голову, она увидела это мертвенно-бледное лицо.
Знакомый взгляд.
Я здесь.
...
Это действительно был начальник Ли Джэхон.
...А?
Впереди зиял обрыв.