Том 1 · Глава 109. Высшая химера

Богиня земли Неми повелевает твердью.

Её священники способны даровать земле плодородие, но могут и обрушить на неё свой гнев. Там, где пролегла карающая десница богини Неми, сохнут посевы, а плодородная почва превращается в бесплодную пустыню.

Богиня света Элисия превосходит Неми в разрушительной мощи. Её последователи повелевают светом, используя его как для защиты, так и для нападения.

А что же Хилай? В боевом искусстве её подданные не блещут ничем.

В давние времена, до того как сформировался порядок Церкви Трёх Богов, священники Церкви Хилай не раз терпели притеснения от Церкви Элисии и Церкви Неми.

То была древняя история, полная позора. Простые священники могли её не знать, но архиепископу незнание недопустимо. Ибо у организации, забывшей прошлое, нет будущего.

—Паладины Неми способны использовать Сжатие земли с каждым шагом, гася гравитацию священной силой и паря подобно птицам, — пробормотал архиепископ Армата, глядя на девушку, спавшую в огромном стеклянном сосуде. — Паладин — это клинок и молот бога, на создание которого конфессии тратят колоссальные силы.

Малые божества зачастую не могут сотворить даже одного паладина, не говоря о святых, и довольствуются лишь священниками. Слишком уж тяжёл этот процесс, оттого и паладинов единицы.

Пусть Церковь Трёх Богов и заявляет о сотнях и тысячах паладинов, истинных воинов среди них лишь горстка.

Не всякий рыцарь, владеющий священной силой, достоин звания паладина. Вот она – ложь, укрытая в тени правды.

Представление людей о паладинах разительно отличается от того, чем они являются на самом деле. Настоящий паладин – высшая боевая сила конфессии, стоящая лишь шагом ниже папы.

—Паладины Элисии с помощью света куют световые мечи и облекаются в сгущённый свет, превращая его в броню. A что же мы? У нас ничего нет. Всё, на что способны наши паладины, — это подниматься вновь и вновь, даже лишившись рук и ног.

Священник Элвин молча слушал стенания архиепископа. Всякий раз, приходя в лабораторию, тот чувствовал себя не в своей тарелке и пытался оправдать собственные действия этими монологами.

—Почти бессмертная живучесть — это, конечно, прекрасно, но без надлежащей мощи ты лишь трудноубиваемая мишень. В истоках нашей Церкви подобное случалось сплошь и рядом.

Лишь ныне Церковь Хилай купалась в роскоши, а в прежние времена её положение было весьма плачевным. Бывало, местная знать глумилась над жрицами, не встречая отпора.

И всякий раз в душах верующих разгоралась жажда силы. Силы, способной защитить. Поскольку богиня Хилай не обладала ею и не могла ею наделить, последователи искали иные пути.

—Настройка Высшей химеры завершена? Повторная заготовка не требуется?

Сила, которую они в итоге обрели, имя ей – химера. Слияние человека и монстра или же двух монстров. Они прививали человеку или твари черты жутких чудовищ, пытаясь соединить разнородные сущности в едином теле и вобрать лишь лучшее.

Разумеется, будь всё так просто, Церковь Хилай давным-давно создала бы армию химер и покорила бы весь мир, а богиня Хилай стала бы единственным божеством, правящим континентом.

Создание химер – сплошной кошмар. И лишь благодаря священной силе богини Церковь Хилай кое-как осуществляет то, что биологически невозможно.

—Повторная заготовка невозможна, — ответил Элвин. — Повреждения плоти достигли предела.

—Стало быть, продлить ей жизнь не удастся. Какая жалость.

Архиепископ вздохнул, глядя на размеренно вздымающуюся грудь девушки, погружённой в сосуд со священной водой. Спящее перед ним творение – превосходящая всё и вся Высшая химера. Достижение, которое вряд ли кому-то удастся превзойти.

Она – последняя. У них больше нет ни компонентов, ни подходящего сосуда. Сердце дракона и в древние времена, когда драконы ещё царили на этой земле, крайне редко попадало в руки людей.

Теперь же, когда драконы сгинули, их сердца стали сказочным сокровищем. И другой химеры с драконьей сущностью уже никогда не появится.

—Изначально задумывалось, что её сила превзойдёт саму святую. Цель достигнута, но срок её жизни ничтожен. Какой толк в её создании, если тело разрушается без постоянного погружения в священную воду?

—То, что людскими силами вообще удалось создать химеру с подобными способностями — уже чудо, — робко оправдывался Элвин. — А вот сбалансировать тело оказалось выше наших сил.

Речь шла о Сердце дракона. Разве приходилось им раньше работать с подобным?

Не зная, как обращаться с великим артефактом, они искали подходящий сосуд с помощью самых топорных методов. Завладев реликвией, Церковь Хилай собирала сирот со всего континента, дабы найти ребёнка, восприимчивого к драконьей магии.

Если совместимости не было, сироту оставляли в приюте, если же находился нужный – тайком переправляли в лабораторию. И находилась эта лаборатория не в Теократии, а в Грантере – дабы не привлекать взоры двух других фракций.

В Имперскую столицу Грантеру стекались сокровища со всего мира. За деньги здесь можно было достать всё что угодно, включая расходные материалы для опытов.

—Мы творили деяния, достойные Бога Зла, даже связались с работорговцами — и ради чего?! Доход абсолютно не окупает расходов! После пары использований её плоть окончательно распадётся!

Эксперименты на преступниках провалились, на сиротах – тоже. Человек был не способен выдержать даже малую толику магии, заключённой в Сердце дракона.

И неудивительно. В Церкви Хилай не ведали, насколько далеки друг от друга человек и дракон.

Все живые существа, включая монстров, происходят от Первосущества. Но даже при гибридизации видов, имеющих общего предка, получавшиеся химеры долго не жили: плоть гнила заживо, а дисбаланс тела приводил к скоропостижной смерти.

—Элвин, это действительно всё, на что вы способны? — Громыхал архиепископ. — Вы просили время и средства — я дал всё без остатка! И каков результат? Нам нужна была Высшая химера, а не бабочка-однодневка!

—Драконы — существа за гранью нашего понимания! — Взмолился Элвин. — Мы старались изо всех сил, но против природы не попрёшь…

А ведь драконы пришли из иного мира и не имели ничего общего с Первосуществом. Связь между человеком и драконом была неизмеримо далека.

С точки зрения биологии человек стоял к сосне куда ближе, чем к дракону.

Пытаться сотворить химеру из останков такого создания – безумие. Все их прошлые знания и опыт были абсолютно бесполезны при создании Драконьей химеры.

В истории не было примера гибрида человека и растения. A человек и дракон стояли друг от друга ещё дальше, чем человек и сосна.

Драконы были пришельцами извне, чуждыми законам этого мира.

Не зная этого, исследователи снова и снова совершали ошибки, не понимая причин провала. Этот адский круговорот повторялся, и проект «Высшая химера» едва не забросили вовсе.

Пока однажды некоему гению не пришла в голову мысль: «А что, если взять в качестве основы тех, в ком течёт драконья кровь?»

На самом деле до этой идеи додумывались многие: потомки драконов выглядели наиболее подходящими кандидатами.

Но иного выхода уже не оставалось. В проект вложили слишком много сил и средств, чтобы отступать.

В ком же текла кровь драконов? Разве что в Демонической Императрице Хармаэль да в представителях королевской династии.

Будь у Церкви Хилай возможность похитить кого-то из них для экспериментов, зачем им вообще понадобилась бы Высшая химера? Они и так подмяли бы под себя весь континент.

Но такой власти у них не было, вот и приходилось идти на риски, дабы превзойти Неми и Элисию. Пришлось искать иные варианты.

Если драконью кровь не найти среди людей, почему бы не поискать среди нелюдей?

—Не будь в этой полуэльфийке драконьей крови, мы бы не добились и этого, — заметил Элвин. — Если в нужный момент она сыграет свою роль, разве этого недостаточно?

Им даже не пришлось пробираться в Эльвенхайм и похищать эльфов. Эльфы считают полуэльфов не сородичами, а побочным продуктом. Результатом мимолётного увлечения или утехи на одну ночь.

Найдя эльфийку, среди предков которой числился дракон, они предложили ей крупную сумму, и мать без малейших колебаний отдала собственное дитя.

Она даже не спросила, куда и зачем забирают ребёнка. Для Церкви Хилай это было к лучшему, но даже фанатикам стало не по себе. Истинное безумие южных ушастых способно нагнать страху даже на сектантов.

Эльфы вовсе не заботились о будущем, живя исключительно сегодняшним днём. Заботы о воспитании казались той матери обузой, поэтому она с лёгким сердцем избавилась от дитя. Ребёнок попал на операционный стол, показал идеальную совместимость и превратился в Высшую химеру.

На три дня она станет сильнейшим существом на земле. А затем… Извлечь и использовать Сердце дракона повторно уже не удастся: оно срослось с её плотью и разрушится вместе с ней.

Осознание того, что колоссальные ресурсы и легендарный артефакт даровали жизнь химере всего на три дня, вдребезги разбило надежды архиепископа. Хуже того, даже пребывание в сосуде со священной водой не могло продлить этот срок навсегда.

На голове девушки, лежащей в жидкости, проклюнулись рожки. За спиной прорезались и расправились крылья, а из крестца пророс хвост. Вместе с тем её тело покрывалось видимыми трещинами.

Насильственное слияние двух чужеродных сущностей не удавалось сдержать даже священной силой. Если уж в священной воде происходило подобное, то вступи она в бой – и её плоть немедленно распадётся.

Впрочем, бездействуй она – смерть всё равно неизбежна. Но час пристал.

—Проснись, — архиепископ возложил руку на стекло, активируя священную печать-запрет.

—Настало время послужить нам.