Том 1 · Глава 131. Птица выбирает древо
Отношения между людьми сложны. Праведность и несправедливость нельзя с точностью отмерить по линейке.
В подобных распрях Господь не принимает ничью сторону. Если у Него и есть любимцы, то это всё человечество. А значит, и мне надлежит поступать так же.
Ещё не поздно, — С Ардеин кончено. Храм победит, и принцесса больше никогда не поднимется. Да что там, ей бы собственную жизнь спасти.
Мастеров всегда не хватает, — А у Его Высочества сейчас нет ни одного. Ты, Синий Волк! Если перейдёшь на сторону принца, тебя сразу возвысят. Тебе гарантировано самое высокое положение!
Рока не проявила ни малейшего интереса. Впрочем, она ведь даже от титула святой Церкви Альдехира отказалась.
Кстати говоря, она до сих пор считает нас с Рокой подчинёнными принцессы? Будь это так, мы бы уж точно не бросили всё в столь критический момент и не уехали в Цитадель.
Даже птица выбирает древо, на которое садится, — Как свить гнездо на сломанной ветке?
Что-то твой принц не похож на хорошее дерево, — Ты ведь у него самая сильная, так? Ну и значит, сам он ничего из себя не представляет.
Ч-что?!
Слова были сказаны безмятежным тоном, но, похоже, попали в самое больное место. Вспыхнув, женщина-рыцарь пришла в ярость.
По правде говоря, если бы девочку действительно интересовали слава и власть, она связывалась бы не с принцем, а с Теократией.
Если бы Рока вошла в подчинение принцу, третий принц получил бы реальную силу – хотя бы минимальный вес, чтобы избавиться от контроля Теократии.
Как мне кажется, Теократии это едва ли понравилось бы. Дож говорил, что происходящее сейчас – это противостояние Теократии и Империи.
Принц – лишь ширма, а за его спиной стоит Теократия. Совершенно очевидно, что они не позволят имперскому престолу, добытому такими крайними мерами, снова обрести независимость.
Ну и ладно! Не хотите менять сторону
Ну и что будете делать? Из-за меня вы немного задержались, но, может, всё равно уже поздно? Императрицу могут взять в заложницы
Да не на стороне мы принцессы, сколько повторять…
И всё же, зная, что Ваше Величество Императрица в опасности, мы не могли просто пройти мимо. Пусть её высокое положение смущало, но вне зависимости от статуса тот, кто нуждается в помощи, должен её получить.
Я скажу вам точное местонахождение императрицы. В конце концов, выяснить это и было моей задачей.
Она выпалила сведения легко, с видом полного равнодушия, однако было ясно: это сделано вовсе не из доброты. К тому же гарантий, что это действительно убежище императрицы, у нас не было.
Никогда не стоит верить услугам человека, который тебя недолюбливает. Возможно, там западня. И всё же иногда приходится делать шаг вперёд, даже понимая риск.
Я взглянул на Року, и та кивнула. Словно прочитав мои мысли, она сразу спросила:
Пойдём?
Ты со мной?
Я пойду за вами куда угодно.
Рока направила ещё немного магии луны, чтобы окончательно парализовать женщину-рыцаря, и вернулась ко мне.
Приятно, конечно, но от таких слов уже становится немного жутковато.
Что ж, пойдём.
Она родная мать принцессы Ардеин, так что чужими нас не назвать. Если её жизни угрожает опасность, чисто из моральных соображений нельзя оставить это без внимания.
Рока тоже кивнула. К слову, принцесса тоже кое-чему её научила. Не знаю уж, чему именно, но долг признательности за ней всё же числился.
Я тоже хочу поскорее расплатиться с долгами.
Пусть благодеяние не стоило жизни, если за него можно рассчитаться, всего лишь приложив немного сил, то почему бы и нет? Похоже, Року это вполне устраивало.
Мы направились к Розовому дворцу.
Как ни странно, женщина-рыцарь покорилась поражению без лишнего сопротивления. Рока обездвижила её той же техникой, которую когда-то применила ко мне на корабле «Артабус».
Оставив женщину по имени Милления кулем лежать в углу коридора, мы с Рокой поспешили в Розовый дворец. В подобной розни Господь не принимает ничью сторону.
Будучи Его слугой, я не могу пренебречь Его святой волей и примкнуть к кому-либо, однако есть дело, которое я обязан выполнить.
Когда сходятся два кита, они редко калечат друг друга до смерти. Даже если один одолеет другого, побеждённый обычно лишь получает раны и спасается бегством.
Настоящей же жертвой становится мелкая креветка, оказавшаяся между ними. Дерутся киты, а погибает ни в чём не повинная креветка. В любой войне больше всего страдают слабые и беззащитные.
«Если подумать, выходит довольно странно»,
То, что роль такой «креветки» на сей раз выпала Вашему Величеству Императрице, выглядело необычно. Впрочем, всё дело в том, что эта междоусобица – не просто война, а борьба за захват императорского престола.
Этот принц с самого начала мне не понравился, — Так и знала, что он выкинет что-нибудь эдакое.
Предыдущая женщина-рыцарь знала куда больше, чем казалось. Теократия спряталась в тени, выставив на передний край принца Эдмунда, сына Его Величества.
Даже если он взойдёт на престол, в этом не будет никакого смысла, если все подданные погибнут.
Ладно ещё высшие сановники Его Величества, но убивать каждого слугу или служанку нет никакой нужды. И действительно: в Императорском дворце царила непривычная тишина, и, по словам Роки, запаха крови почти не ощущалось.
У этой усобицы чёткая цель – захват власти, а значит, бессмысленно проливать лишнюю кровь. Если перебить всех, государственные дела встанут уже завтра.
Цель Храма – не уничтожить Империю, а завладеть ею. Им нет смысла уничтожать людей, которые после победы всё равно достанутся им.
А значит, принц – или стоящая за ним Теократия – совершенно уверены в своем успехе. Можно ли назвать это своеобразной самоуверенностью? Это чувствовалось даже в самой структуре их замысла.
Шмыг-шмыг. Рока без конца поводила носом.
Благодаря ли рангу Мастера или силе Хрустального плода светлячка, и без того чуткое обоняние девочки теперь превосходило зрение. Она чуяла то, что находилось далеко за пределами видимости.
Из той стороны, куда мы идём, пахнет волком,
Запахом волка?
Я давненько его не чуяла… но это точно не из нашего племени. В этом я уверена.
Запах волка…
На стороне Теократии? Или на стороне Империи? Кем бы они ни были, хотелось бы договориться мирно.
По правде говоря, я больше всего ненавижу видеть вражду. В ней нет чёткого разделения на добро и зло – только победа или поражение. Победитель становится праведником, побеждённый – разбойником.
Но как бы ни было противно, я обязан смотреть. Священнику Бога не подобает отворачиваться от мира из брезгливости. Если бы я хотел этого, то не стал бы уходить из деревни Тыквенной Лозы.
Из той мирной, благополучной деревеньки, где люди жили трудами собственных рук. Из места, исполненного доброты, где никто не голодал ни в урожайный, ни в неурожайный год.
Я покинул родной край не потому, что он был мне не по душе, а лишь потому, что там я больше был не нужен.
Запах крови,
Она морщилась и тревожно оглядывалась по сторонам.
Воняет кровью. Притом очень сильно.
Внезапно? Неужели…
Похоже, прямо сейчас гибнут люди. Не там, куда мы идём, а в другой стороне.
Глухой гул! Дрогнувший пол Императорского дворца послужил ответом. Где-то вдалеке гремело небывалое по масштабам сражение.
Схватка была настолько жестокой, что колебания доходили даже до нас, находившихся вдали. Рока пробормотала:
Судя по примеси запаха железа, там идёт бой. Это не то безнаказанное избиение, о котором вы тревожитесь, господин.
И вправду, похоже на столкновение равных сил. Бойня происходит, когда одна сторона подавляет другую, а при простом избиении таких сокрушительных импульсов не бывает.
И всё же, испытывая невольную тревогу, я спросил Року. Но девочка лишь покачала головой.
Если мы поспешим туда, сможем помешать?
Уже поздно.
Так быстро?
Не успели мы ничего предпринять, как гремевший вдали бой вспыхнул и мгновенно затих. Человеческие жизни обрывались в считаные мгновения.
Мы опоздали. Пойдём туда – и сможем разве что позаботиться о телах погибших.
Это тоже важное дело, и как священник я должен исполнить свой долг.
Однако когда стоит выбор между живыми и мёртвыми, долго раздумывать не приходится. Сначала нужно добраться до Розового дворца, а усопшими мы займёмся позже.
«Стоила ли эта усобица того, чтобы затевать её именно сейчас?»
О чём думают Империя и Теократия? Вчера едва не пала Цитадель, а сегодня, в день, когда рухнул Эльвенхайм, неужели им обязательно нужно грызться между собой?
Или они правда ничего не знают? Судя по тому, что эта Милления, далеко не рядовая женщина-рыцарь, понятия не имела о падении Эльвенхайма…
Погибло уже немало людей. Неужели эти жертвы оправданы? Слова в память о павших всегда звучат красиво, но мёртвых уже не вернуть.
Остаётся лишь надеяться, что никто из них не пожалеет о содеянном.