Том 1 · Глава 171. Тайна Полиморфа

«Проклятие полиморфа?»

Я перебирал в памяти всё, что когда-либо слышал, но не мог вспомнить ничего подобного. Единственное, что приходило на ум: Полиморф – это магия, с помощью которой драконы принимают человеческий облик.

Но ведь это не проклятие.

И всё же, если названия совпадают, может, между ними есть какая-то связь?

—Это проклятие создал Владыка Демонов Гримудо, — раздался голос. — Оно превращает человека в нечто нечеловеческое.

Услышав объяснение, я даже не удивился.

Гримудо. Снова Гримудо. Сколько можно? Кажется, теперь при любой беде стоит первым делом подозревать именно его.

—Неужели госпожа Арайдель, святая Священной веры…

—Да, она пала жертвой Проклятия полиморфа. Сейчас она стала птицей: забыла, как говорить и думать, и просто существует как зверь, ведомый инстинктами.

—Проклятие, превращающее людей в животных? Но тогда неужели Юринель, Люсия и Панель тоже?!

—Можно сказать, что они в порядке, а можно — что нет. Зверьми они не стали. Однако сейчас их пленила Демоническая Императрица Хармаэль, и выходу оттуда не видать.

Что… она сказала?

Голова пошла кругом. Я бессознательно опустился на землю. Пусть сейчас наши пути разошлись, когда-то мы были одной командой.

Не верилось, что их постиг столь ужасный жребий. Но сколько я ни размышлял, у богини не было причин мне лгать. Что ей толку от лжи о судьбе отряда Героя?

Это наверняка на сто процентов правда. Понимая это, принять её было всё так же тяжело.

—Что вообще произошло с отрядом Героя?

—Я своими глазами видела происходившее через Арайдель и Рюэнхайма. Всех подробностей я не знаю, но отряд Героя столкнулся с Гримудо. Они не смогли свести бой хотя бы к ничьей и едва спаслись бегством. Но не успели они прийти в себя, как на них напала Хармаэль. И совсем недавно она окончательно пленила их.

—Если вы так хорошо знали положение дел, то почему…

Каждое слово повергало в шок. Поражённый до глубины души, я попросил объяснить подробнее и выслушал всю историю до мелочей.

Если всё это правда, почему она допустила такое ухудшение ситуации? Неужели Герой был лишь разменной пешкой?

—В этом исключительно моя вина.

—Это и так понятно. Но почему вы бросили их?

—Гордыня. И страх. Я боялась, что Элисия или Хилай воспользуются моментом и посягнут на моё место. Верховный Бог континента… Опьянённая пустым титулом, я пыталась удержать эту власть и улаживать всё втайне. Лишь только что я опомнилась.

Богиня вздохнула и посмотрела на меня. Затем неожиданно подошла и опустилась на колени. Я хотел было остановить её, но она продолжила раньше, чем я успел вмешаться:

—Тот, кто стоит за твоей спиной… Он лишь открыл мне глаза на правду. Показал, что всё, к чему я стремилась, лишено всякого смысла.

—«Верховный Бог» — всего лишь пустая слава, которой меня наделяли другие. Чтобы защитить эту иллюзию, я предала собственную дочь. Оставила её в беде. И в итоге всё зашло слишком далеко.

—У тебя есть предначертанный путь. Ты должен отправиться на Северный полюс. Я не смею просить тебя сменить маршрут, отправиться в Мир демонов и спасти отряд Героя из рук Хармаэль. Но если когда-нибудь тебе выпадет случай помочь им…

—Сможешь ли ты помочь им тогда?

Я прикрыл глаза, качнул головой и на мгновение погрузился в раздумья. И Храм, и Императорский дворец после недавнего кровопролития находились в упадке. На подкрепление рассчитывать не приходилось, а Хармаэль точно не была простым противником.

Даже если я, Рока, госпожа Кисея и принцесса повернём в Мир демонов, сможем ли мы вызволить пленников? Едва ли. Пожалуй, победить саму Хармаэль было бы даже проще.

Ведь нужно невредимыми вырвать беспомощных заложниц из рук Демонической Императрицы. Если они погибнут, спасение потеряет всякий смысл. На это требуется долгая подготовка.

Сорвавшись с места наобум, успеха не добиться. Как бы сильно мне ни хотелось помочь, прямо сейчас я был бессилен.

К счастью, если верить богине, Хармаэль в ближайшее время не собиралась вредить пленницам. Это хоть немного успокаивало. Значит, можно сначала разобраться с неотложными делами.

—Если представится возможность, я сделаю всё, что в моих силах.

Я тоже человек, и при таком нагромождении проблем приходилось расставлять приоритеты. Разделять наши силы в такой ситуации было бы безумием.

Если Рока пойдёт со мной на Северный полюс, госпожу Кисею отправить к Злому Богу, а принцессу – в Мир демонов, исход предсказать нетрудно. Против Гримудо пара лишних мечей мало что изменит, но против Злого Бога и Хармаэль даже верный шанс обернётся разгромом.

—Но не знаю, представится ли такой случай и выпадет ли он именно мне. Если же этот шанс появится, я обещаю его не упустить.

—И на том спасибо.

Помешкав, богиня ронила напоследок:

—Полиморф — неснятое проклятие. По крайней мере, нашими силами его не снять. Так что шанс избавить её от него есть лишь у тебя.

Проклятие полиморфа… Я никогда не снимал ничего подобного, так что мог лишь пообещать сделать всё возможное. К тому же я не мог быть уверен, появится ли вообще случай попытаться.

«Впрочем, возможно, Азахадака, будучи драконом, хоть что-то знает о Полиморфе».

Стоило спросить у него при удобном случае. Нужно было хотя бы понять сущность проклятия, чтобы оценить шансы на его снятие.

Хрясь!

Обходя ключевые узлы повреждённого магического круга, принцесса Ардеин с силой вонзала Меч Драконьего Клыка в землю. Стоило ей направить туда магию, как заключённый внутри Азахадака начинал восстанавливать узор.

—О-о, это потрясающе!

—Как и следовало ожидать от прародителей магии! Великая раса! Высший вид, стоящий на голову выше любых земных созданий!

Маги Императорского дома, помогавшие при работе, разразились восхищёнными возгласами. От этой похвалы дракон горделиво задрал нос, правда, находясь внутри клинка, этого никто не мог видеть.

—Однако, о великий…

Ардеин подошла к мечу и заговорила с подчёркнутым уважением. Этот дракон платил уважением за уважение. Его натуру было легко понять, поэтому принцесса всегда относилась к нему с величайшим почтением.

—Скажите, вы совсем не можете принимать человеческий облик? Ах, или вы пока не восстановили свой истинный облик и потому не способны применить Полиморф?

Чёрный дракон в обличье ящерицы широко раскрыл глаза. На его морде читалось явное удивление, будто он услышал полную чушь.

—Сохранились записи о том, что в древности великие драконы, ступавшие по этой земле, принимали человеческий облик с помощью магии Полиморфа, вот я и спросила…

Сбитая с толку Ардеин запричитала всё, что приходило в голову. По идее дракон должен был знать об этом гораздо лучше неё, но его реакция вызывала лишь замешательство.

—Ну… ведь и наш Императорский род считается потомками дракона, принявшего облик человека, и смертной женщины…

Вообразив, как уменьшившийся до размеров человека дракон вытворяет с человеком нечто эдакое, Ардеин почувствовала тошноту и поспешно затрясла головой, отгоняя мысли.

Сколько бы она ни внушала себе, что зарождение жизни – процесс священный, возвращаться к этой картине не хотелось ни за что. Она лишь молилась, чтобы это не оказалось исторической правдой.

«Неужели этот самый Полиморф — и правда выдумка?»

Она вздрогнула. Если их предки действительно появились на свет таким образом, то причина, по которой это хранили в тайне, становилась очевидной. Никому бы не захотелось гордо хвастаться подобным.

Каким бы благородным ни был драконий род, уменьшившийся дракон и настоящий исполин – совершенно разные вещи. Объявить о подобном своему народу было бы безумием.

В конце концов, им наверняка пришлось выдумать сказку о Полиморфе.

Стоявшие поблизости маги залились краской и отчаянно делали вид, будто ничего не слышали. Впрочем, они поспешно достали записные книжки и стали заносить этот разговор. На щеках одной из волшебниц расцвёл яркий румянец.

Но они ошибались. Попытка разузнать правду у дракона была похвальной, да только они забыли, что этот дракон провёл в заточении долгие века.

Азахадака был наказан ещё в те времена, когда драконы только вступили на эту планету. А обмен знаниями между драконами и владыкой демонов произошёл уже позже.

Полиморф был техникой, созданной владыкой демонов и лишь затем переданной драконам. Азахадака, никогда не видевший Гримудо, даже не подозревал о существовании такого искусства. Драконы, превращающиеся в людей? Для него это звучало как бред.

«Какая же дрянь».

Вспомнив о сородичах впервые за долгое время, злой дракон испортил себе настроение. Он нахмурился и воззрился в небо.

Улетевшие далеко сородичи бросили её. Она терпела лишь ради того дня, когда истечёт срок наказания, но положенный срок вышел, а за ней так никто и не пришёл.

Извлечение сердца из тела и заточение Души дракона внутри него – это кара, подобная тюремному заключению у людей. У неё, разумеется, есть срок. По истечении этого срока другие драконы должны были принести тело и вернуть сердце на место. Вызволение из тюрьмы-сердца означало возвращение свободы – своего рода освобождение.

«Право слово, уж лучше жить среди этих обезьян».

Однако срок давным-давно истёк, но никто так и не явился за драконом. Мысль о том, что сородичи бросили её, жгла изнутри. Предательство проникало до самых костей, не оставляя слов.

Она не желала искать сородичей, бросивших её на этой планете. Даже вернув своё тело, дракон намеревалась остаться здесь. Жить среди восхваляющих её людей казалось не самым худшим выбором.