Том 1 · Глава 240. Слово – лучшее доказательство

Когда настанет тот неизбежный час и спящий горный хребет пробудится, хрупкая кора земли треснет, и на Восточные равнины обрушится конец света.

Даже при самом благоприятном раскладе ущерб окажется катастрофическим. Но главная проблема заключается в другом: кто вообще поверит в подобную небылицу?

—Честно говоря, мне и самой до сих пор верится с трудом, — призналась принцесса, почесывая затылок.

И я был с ней полностью согласен. Не увидь я всё своими глазами, а услышь от кого-то другого, разум бы, может, и принял факты, но сердце отказалось бы верить.

—Впрочем, я не могу даже помыслить о том, чтобы святой произнёс ложь, — добавила она.

Похоже, лишь из уважения ко мне она соглашалась с происходящим. На самом деле даже Рока, летавшая с нами на разведку, до сих пор пребывала в некотором замешательстве.

Слыша мои слова о том, что гора живая, она лишь принимала это как данность, но до конца не осознавала суть. И если уж на то пошло, явись с такой новостью кто-то другой, Рока просто велела бы ему не нести чушь.

Но эта чушь являлась чистой правдой, и самая сложная задача состояла в том, чтобы убедить в ней жителей Восточных равнин.

Для меня – чужака, не рождённого на этой земле, плохо знающего местных и не принадлежащего к зверолюдям, – задача казалась почти невыполнимой. Даже канцлер Рэмберс, который был местным уроженцем и зверочеловеком, мрачнел с каждой секундой.

—Если всё это правда, то решить проблему своими силами у нас не выйдет, — произнёс канцлер. — В каком-то смысле это означает конец нашего королевства. Для начала нужно собрать людей и провести совет. Ха-ха, никогда бы не подумал, что под старость лет стану предателем собственного народа.

И мы решили созвать совет.

Точнее, Рока отдала приказ собрать всех находящихся в столице сановников. Однако пока слуги разбегались с поручениями, в кабинет без приглашения явились незваные гости.

—Меня звали? Меня звали? Вот я и пришла! А что случилось? Там на улице дракон схватил волка и трясёт его как липку, это тоже твоих рук дело? — Засыпала нас вопросами Бог Зла.

—Вы вызывали? — Вслед за ней тихо спросила Янид.

Бог Зла и Янид пришли сами. Должно быть, услышав суету слуг и откровенно скучая, они решили узнать, в чём дело.

Раз уж так вышло, мы сделали вид, будто изначально намеревались их позвать.

—Что за срочность в такой час? На нас напал внешний враг? Хр-р-р-аам, — сладко зевая, в комнату вальяжно вошёл лев. Этот лев был одним из тех, кого мы действительно вызвали, и его присутствие здесь выглядело вполне уместным.

—Кисея, похоже, прийти не сможет, — добавил он. — А, только не подумайте чего! На этот раз она не сбежала. Просто старшая сестра Дракон-хранитель, кажется, так разозлилась, что приняла облик дракона и… Ого?! Сестрица, ты же только что была там! Ты что, телепортировалась?

Судя по всему, сэр Леон ещё ни разу не сталкивался с Азахадакой лицом к лицу.

Неудивительно, что дракона, парящего над столицей, он поначалу принял за Янид.

—В общем, Робо и Бланка тоже вряд ли придут, — продолжить Леон. — А вот дядя Урбан скоро подтянется. Так зачем вы нас позвали? Судя по вашей физиономии, подарков нам вручать не собираются.

—Генерал. Скажу сразу и без обиняков, — с трудом пересиливая себя, произнёс канцлер Рэмберс. Было видно, насколько ему мерзки собственные слова, но он лишь зажмурился и выдохнул:

—Королевство зверолюдей больше не может существовать. Вы должны помочь нам распустить государство.

Ответ, в общем-то, был предсказуем.

—Вы что, все тут напились? — Опешил Леон.

Подобных прецедентов в истории ещё не бывало.

На страну не нападали враги, не случилось внутреннего мора или смуты, и вдруг правитель собственными руками решает упразднить собственное государство! Подобное не укладывалось в голове. Так называемый государственный строй – вещь священная и незыблемая, никто не смеет рушить его по своей прихоти, будь он хоть трижды монархом.

—Или вы просто с ума потихоньку сходите, а? — Нахмурился лев.

—Дядя. Позволь спросить тебя как правитель, — вмешалась Рока. — Ты сможешь уничтожить гору, которая ожила и пошла маршем? Если уверен в своих силах, мы отменим все планы.

—Че-чего?! Какую ещё гору? Ожившую гору?

—Оживший хребет Калкамир, — уточнила Рока.

Перед лицом столь сокрушительной внешней угрозы любые политические институты теряли всякий смысл. Какой толк от сохранения государства, если все его жители погибнут?

Лев, ещё секунду назад готовый выкатить клыки, лишь ошарашенно похлопал глазами. На самом деле над подобным вопросом даже раздумывать не стоило. Тяжело вздохнув, он пробормотал:

—В физической защите я кое-что смыслю, но целый хребет… Как, по-твоему, его вообще можно сдержать? Как я остановлю такую махину? Постой, госпожа Король зверей, неужели ты сама на такое способна?

—Нам это не под силу, потому я и предлагаю бросить всё и бежать! — Ответила Рока. — И мы вовсе не бросаем народ на произвол судьбы. Все смогут спастись через Врата, созданные драконом.

—Но… постой! А где доказательства?! У вас есть хоть одно доказательство того, что гора ожила?!

—Слово моего господина — лучшее доказательство. Зачем нам другие? — Отрезом заявила Рока.

После её слов все взгляды тут же скрестились на мне.

Мне стало немного не по себе, но возразить было нечего. Никаких материальных улик у нас действительно не имелось – лишь наши с Азахадакой показания.

—То есть вы хотите сказать, — переспросил Леон, — что мы должны поверить на слово этому господину священнику, снять вывеску Королевства зверолюдей и согнать всех жителей равнины к Вратам?

—Именно.

—И бросить здесь земли, дома и всё имущество?!

—Жизнь важнее вещичек.

—Да вы с ума сошли! — Леон обхватил голову руками и сокрушённо запричитал.

Бог Зла сочувственно кивнул, соглашаясь с его словами:

—Даже если бы я, будучи божеством, велела своим последователям бросить пашни и дома, прихватить лишь узлы с вещами и семьи да идти на все четыре стороны, меня бы послушался от силы один из десяти верующих. А вы с ними даже не связаны религиозными узами! Вы правда думаете, что народ просто так встанет и пойдёт?

—Вот именно! — Подхватил Леон. — Я-то знаю благородство господина священника и молчу, но со стороны жителей всё выглядит так, будто чужеземец-иноверец сбил королеву с толку суевериями и захватил власть! Вы представляете, как они на вас посмотрят? А ответственность кто нести будет?

—Ответственность? За этим дело не постоит, — ответила Рока.

Сняв с головы лавровый венец, она аккуратно положила его на стол:

—Подумаешь, просто отрекусь от престола, и дело с концом.

Мне показалось, или девочка с трудом подавила улыбку? Впрочем, наверняка показалось.

С мёртвого, как известно, спроса нет.

Конечно, если обида глубока, можно осквернить и труп, но это лишь попытка сорвать злобу – самому покойнику уже всё равно.

Когда монарх добровольно признает крах своего правления и снимает корону, это считаются высшей мерой искупления. Правители – тоже люди, и за жизнь совершают немало ошибок, но редкий правитель берет на себя всю полноту ответственности.

Чаще всего они либо находят козла отпущения среди министров, либо делают каменное лицо и игнорируют ропот, либо просто подавляют недовольство силой.

Даже за самые тяжкие промахи монархов редко свергают немедленно: обычно всё ограничивается подмоченной репутацией. Пока не проиграна война или не разрушено хозяйство, трон редко меняет владельца.

И если уж правитель сам признает поражение и оставляет трон, он платит сполна. Каких ещё искуплений требовать от человека, который покаялся, снял корону и стал обычным простолюдином?

Конечно, будь за нами кровавые злодеяния, разговор вышел бы иным, но мы ведь не творили бесчинств. Мы лишь пытались эвакуировать людей. Причём не в дикую пустошь.

И здесь огромную роль сыграла помощь принцессы. К тому же виконтесса Кисея уже успела выхлопотать дворянский титул в Империи.

—Я только что отправила отчёт Его Величеству, — подала голос принцесса. — При условии, что мастера Королевства зверолюдей помогут в борьбе со Злым Богом, император дарует виконтессе Кисее земельный надел. Империя с радостью примет всех вас.

Помимо Роки, в королевстве оставались сэр Леон, сэр Робо и виконтесса Кисея – три мастера, а также великий полководец Урбан. Для Империи, изнемогавшей в противостоянии со Злым Богом, подобная подмога стала глотком свежего воздуха. Отказываться от неё не было никакого смысла.

—Если мы грамотно расставим приоритеты, Вашему Высочеству даже не придётся отрекаться от престола, — добавил канцлер Рэмберс. — Я постараюсь устроить всё наилучшим образом.

Едва успевшая расцвесть улыбка на лице Роки тут же угасла. Канцлер отпил воды и продолжил:

—Что ж, начнём с того, что решено. Я издам указ, чтобы каждая семья приготовила припасы и вещи. Но чтобы не сеять панику байками про оживающие горы, объявим, что эвакуация требуется из-за угрозы нападения гидры, вырвавшейся из-под контроля.