Том 1 · Глава 66. Гримудо: кульминация (2)
Когда разумные существа впервые появились на свет и огляделись вокруг, когда им пришлось подбирать камни и палки, чтобы противостоять диким зверям и монстрам, на что они решили полагаться? На магию, существовавшую и в те времена, но никому не ведомую?
Вовсе нет. Разумные существа зари времен нашли ответ внутри самих себя.
То, благодаря чему человек мог гордиться своим превосходством над зверем. Залог процветания разума.
Тайным искусством, сотворенным ими через концентрацию духовных сил, стали Ментальные тайные искусства. Во времена Гримудо никто не умел повелевать магией, но вместо этого они взращивали собственную духовную силу и сокрушали ею врагов.
Та эпоха завершилась от руки самого Гримудо, после чего по земле прокатились сотни Круговоротов. Ныне о Ментальных тайных искусствах не ведает ни одна душа.
Позднейшие разумные расы предпочли духовной силе магию, позволявшую быстро и просто наращивать могущество, и все поголовно углубились в её изучение.
Эра, когда гении постигали духовные глубины, более никогда не повторится, а Ментальные тайные искусства не подлежат восстановлению.
Поэтому Ментальная атака Гримудо поистине уникальна. Это не просто техника, созданная им одним, а след цивилизации, отточенный веками трудов гениев его эпохи.
Проблема заключается в том, что у Гримудо этот след древней цивилизации – далеко не единственный.
Свист!
Увидев устремившийся к нему Истребитель Демонов, Гримудо не стал ни уклоняться, ни защищаться.
Плеть, словно живая, обвила туловище владыки демонов, и в ней забились затаенные обиды. Этот Истребитель Демонов семьи Вестерн представлял собой сгусток злобы и ненависти тех, кто пал от рук демонов, эхо воплей невинно убиенных.
В некотором роде это оружие походило на Злого Бога – орудие, созданное искоренять зло с помощью зла.
Приняв прямой удар такого оружия, Гримудо продолжал хранить молчание, тогда как Люсия Вестерн зашлась яростным криком. Со всей дури хлестнув плетью, она вопила:
С демонами… никто и никогда не пойдет на сделку!
Вот как?
А с тобой, Гримудо,
Она слышала от Рюэнхайм, что Кайл, похоже, находился в Ларпентии. Но выдать это она не могла.
Дело было не только в товарищеской верности: если Гримудо явится в малый город Империи, разразится катастрофа. К тому же Люсия искренне не желала идти на уступки этой твари.
Того, кто довел семью Вестерн до положения хуже смерти, кто обрек её отца, мать и младших братьев и сестер на терзания, она страстно жаждала уничтожить. А если это невластно ей, то уж точно не станет потворствовать его желаниям.
«Гримудо. Древний Владыка Демонов, о котором мы лишь слышали.
Мы, потомки семьи Вестерн, непременно сокрушим тебя.
Мы – единственное оружие, способное сразить сильнейшего владыку демонов. Вопль всех растоптанных.
Потомок наш, не отступай. Сожми нас. Мы поддержим тебя».
Магическое оружие, Истребитель Демонов – это проклятый артефакт, взращенный на ненависти сгинувших от демонов.
Ядром этой ненависти выступали души всех прошлых глав семьи Вестерн. Вбирая в себя их дух, артефакт становился все мощнее с течением эпох.
Однако и этому пришел конец.
Что ж, тогда и к вам у меня больше дел нет,
Посмотрев на плеть, пытавшуюся пробить его защиту, Гримудо двумя пальцами сжал ее кончик. Плеть резко замерла и издала вопль безумной ярости.
Сначала послышались полные боли стоны, затем плач, а после всё оборвалось.
Место, к которому прикоснулись его пальцы, бессильно согнулось, после чего вся плеть рассыпалась в прах. Пораженная Люсия замерла, потеряв способность нападать.
Полагаешь, сила проклятия велика? Разумеется, она может казаться таковой. Но стоит ей столкнуться с превосходящей духовной силой
Этот способ разгадки был под силу лишь Гримудо, постигшему Ментальные тайные искусства до предела.
Он удушил заключенную в плети злобу и духи предков чистой мощью своего разума. Раздавил, абсолютно подавив их. Так сгинула реликвия семьи Вестерн.
А-а… а… а-а-а… Невозможно…
Хотя она и не подверглась прямой Ментальной атаке, Люсия пошатнулась и рухнула на колени.
И больше не смогла подняться. Слезы полностью застлали зрение.
Это немыслимо…
Теперь у семьи Вестерн ничего не осталось. Исчезла даже плеть – символ рода.
Осталась она одна. Это ничем не отличалось от полного искоренения клана.
Происходящее казалось ей кошмарным сном. Гримудо даже не взглянул на неё, направившись к Юринель. Юринель Лакпонсия дрожащими руками сжала священный меч.
Лич Альбатрос и его прислужники давно сбежали, а Хармаэль корчилась на земле от Ментальной атаки, не в силах прийти в себя.
Осталась лишь она одна. Прошло совсем немного времени с момента появления Гримудо, а ситуация уже стала катастрофической.
«Никто не совершил ошибки».
Попали ли они в ловушку? Отнюдь.
С той секунды, как Хармаэль замыслила притащить сюда Гримудо, этот исход стал неизбежной судьбой. Причина кроется лишь в силе – в ее разнице, разнице и еще раз разнице.
«И дело не в том, что кто-то просчитался».
Превосходство в силе. Самый недвусмысленный и суровый фактор.
Эта абсолютная пропасть и привела к текущему положению. В конечном счете их мощь перед Гримудо была не то что искоркой – угасшей золой.
«Просто… мы слабы. Чертовски слабы».
Кто бы ни явился сюда, перед ним всё бессмысленно.
В этом кошмаре, где нет путей к отступлению, Юринель наконец осознала свой истинный долг. Она – Герой. Существо, обязанное сразить подобную тварь.
Священный меч шептал: «Не отступай».
Честно говоря, отступать было некуда. Побег при такой разнице в силах не имел смысла.
Остается лишь биться до конца, выйдет что или нет. Гримудо удивленно изогнул бровь:
Любопытно.
Шаг. Еще шаг.
Древний Владыка Демонов неспешно приближался к ней с неизменной скоростью. Неторопливо, будто прогуливаясь в парке. Впрочем, разве для него это бой?
Не больше, чем попытка раздавить муравья. Юринель судорожно сглотнула.
Я полагал, ты обратишься в бегство. Теперь у вас нет священника Древнего Бога, выхаживавшего вас, так что опираться вам не на кого.
Юринель не бросилась на него. Ей требовалось беречь каждую каплю сил.
Раз Гримудо сам шел к ней, не было смысла тратить выносливость на бег. Каждое мгновение стоило отдать без остатка на атаку, чтобы хотя бы ранить его.
«О победе я даже не мечтаю».
Лишь бы нанести ему хоть одну незаживающую рану.
Если останется хоть малейшее доказательство того, что Юринель ранила Древнего Владыку Демонов…
Если получится оставить хотя бы это, её смерть не окажется напрасной.
Да, это было отчаяние. Юринель, разумеется, являлась человеком мирским.
Но она не была настолько ничтожна, чтобы падать на колени и молить о пощаде. В ней жило минимальное достоинство Героя.
Она направила священный меч, но владыка демонов лишь шел вперед, не обращая на это внимания.
Священный меч – клинок экзорцизма. Против демонов он обладает абсолютным превосходством.
Однако причина кроется в том, что сотворившие его Три Главных Божества превосходили демонов на голову.
А что до Гримудо? Сработает ли священный меч против этого чудовища?
В лучшем случае они окажутся смертельными врагами друг для друга.
А в худшем – меч не сможет даже этого.
Люди в мире боятся и трепещут передо мной, — Некоторые даже молятся на меня. Они видят во мне спасителя, способного перевернуть этот сгнивший мир. И это при том, что сам я до сих пор не забыл, что когда-то был простым человеком.
Идти в бой, зная о неизбежном поражении – это мужество.
Ужас и бегство были привычны владыке демонов. Но те, кто до самого конца сохранял храбрость и отчаянно цеплялся за борьбу, пусть даже безнадежную, всегда казались ему чем-то свежим.
Я ожидал увидеть от тебя бесстыдство и низость. Думал, ты станешь молить о жизни. Но раз ты решила встретить меня как воин, я уважу твоё мужество.
Магия сгустилась в руке Гримудо. Глубокая тьма обрела форму клинка. Легко сжав его рукоять, владыка демонов произнес:
Нападай. Я не стану использовать Ментальную атаку.
Сокрушить Юринель было проще простого.
Стоило им скрестить взгляды – и разум Юринель от сокрушительного удара опустел бы и разлетелся на осколки.
Духовная сила этого великого ученого, постигавшего Ментальные тайные искусства сотни тысяч лет, была настолько велика, что он мог бы одним свистом превратить Юринель в послушную марионетку.
И он дал слово не применять Ментальную атаку. Более того:
он поклялся не использовать и магию.
Я не стану применять и магию, — Сойдемся в чисто воинском искусстве.
Он отказывался от Ментальных тайных искусств, развиваемых с юношества. И от магии, перенятой у драконов и шлифуемой веками.
Но Юринель не почувствовала ни малейшего облегчения. Ничего не изменилось.
Она отлично понимала, что шансов на победу нет никаких.
Это было еще безнадежнее, чем схватка ребенка с взрослым.
Сколько бы дитя ни брыкалось и ни пыталось ударить своими крохотными кулачками, взрослый легко прижмет его одной рукой.
Но и отказаться от боя она не могла.
Спустя мгновение свет священного меча рассек тьму.